В тенях Вечного города

Она явно приняла какое-то решение. Карие глаза блестели, щеки разрумянились то ли от долгой ходьбы, то ли от волнующих ее мыслей.

— Ада, я… не знаю, что сказать.

— Ничего и не говори. Я хочу совершить открытие. Такое, которое сможет перевернуть мир, представление о сущем. И сейчас мне в руки идет такой шанс. Я не собираюсь его упускать, Ян.

В эту секунду девушка была настолько прекрасна в своем порыве, что поляк еле сдержался, чтобы не поцеловать ее. Но он отлично понимал, что, во-первых, Ада — дама из приличной семьи, а во-вторых, ею движет исключительно научный интерес.

— Я сейчас же сбегаю домой и принесу тебе бумаги, мои записи. В конце концов, ты настоящий ученый, может, и правда вычислишь что-нибудь! — пылко воскликнул он.

Ада довольно улыбнулась.

— Я буду ждать в холле отеля. Только переоденусь после прогулки.

— Не торопись, мне понадобится около часа, чтобы дойти, — предупредил Ян, который нашел себе приют в небольшом доме на окраине, где снял двухкомнатную квартиру у местного мясника.

Ада помахала ему рукой и вошла в отель, а Ян остановил проезжавшее мимо такси и помчался к себе.

Но очень быстро машина почему-то остановилась.

— Простите, синьор, — повинился таксист, — дальше проехать не получится. Там толпа. Наверное, опять митинг.

— Какой митинг? —не понял Ян.

— В поддержку премьер-министра, — пояснил таксист. — Мама миа! Вы же иностранец, и не знаете! Сегодня мы подписали договор о дружбе с Советским Союзом[iii].

Люди радуются, что не будет войны.

— Да-да, это прекрасно, — перебил его Ян. — Но мне очень надо попасть в другой район.

— Только пешком, синьор, — таксист вышел из машины, открыл перед ним дверцу. — Здесь не проехать, да.

Поляк вышел из машины, огляделся. Впереди, на площади, которую ему предстояло пересечь, волновалась огромная толпа. Сотни, а может, и тысячи людей, крики восторга, какие-то отголоски речей через громкоговоритель… Ян вздохнул, кивнул таксисту и отправился в обход по краю площади.

Люди тут как с ума посходили. Они обнимались, пили и пели. Кто-то сунул Пшебжинскому в руку бокал с пивом, какая-то девица крепко поцеловала его в щеку, вопя что-то на итальянском. Ян продолжал двигаться по направлению к переулкам, но тут вдруг толпа взревела и потянула его вперед. Он пытался пройти нужную сторону, протискивался между людьми, постоянно твердя «scusi»[iv].