Лиса выходит из развалин

Ован одним прыжком, громко рыча и плюясь слюной, достиг Арвейна и воткнул в его живот лезвие ножа, погрузив оружие вплоть до рукояти – несмотря на то, что организм вроде бы и пылал огнем, металл не расплавился. «Все потому, что ты – вроде бы и фирит, но все ж полукровка?».

Хлынул фонтанчик черной крови.

«Вроде бы пора…», - задумался Ован, вытаскивая нож из плоти демоноида, но парню хотелось отомстить полукровке как-то… Иначе.

- Ах-ха-ха-ха! – согнулся Арвейн, громко хохоча. – Ты что, думаешь, для меня эта рана – смертельна?

- Мне интересно узнать, к каким она приведет последствиям…

- Да ни к каким! Просто за…

И Арвейн осекся.

Ован неожиданно понял – самовосстановление Арвейна не работает. Вернее, работало, когда фирит-сол-тла был именно живым, а не воскрешенным… А теперь его явно защищал только Альдгида – парень снова вспомнил ледяную корку, останавливающую черную кровь демоноида.

И сейчас неттену, к счастью, было явно не до Арвейна.

- Почему ты… Почему не останавливается?!? – «вот так всегда – стоит любому задиристому существу получить хотя бы одну серьезную рану, как оно тут же впадет в отчаяние…».

- А вот теперь точно пора.

Ован уверенным движением заточил пишущий кончик пера, держа оружие в вертикальном положении, чтоб не расплескать драгоценные чернила.

- И что это? – удивленно вопросил Арвейн.

- А это – указ урода Усакова, - припомнил парень единственное написанное произведение. – И этот указ гласит – умри, ували упогост, упокойся… Твоя подпись не требуется.

- Что…

«Тебе конец!».

Ован нанес растерявшемуся демоноиду сначала еще один удар ножом – уже в грудь, а затем – как и хотел…

Чиркнул отравленным пером по горлу Арвейна.

Рана получилась длинной, не слишком тонкой, а главное – достаточной глубины для того, чтобы попавший внутрь яд сработал.

Арвейн Гийбакарас рухнул на колени.

- Что, неужели ты думал, что обычный человек не может тебя убить? – удивился Ован, наблюдая, как яд начал разъедать тело полукровки изнутри – особенно это было видно по заливающимся кровью глазам.

Ован воткнул перо в горло Арвейну ровно так же, как только что нож в грудь.

- Ы-а-а-а… - раздалось в теле Гийбакараса.

Полукровка рухнул на землю, истекая жидкостью, которую уже трудно было назвать демоноидской кровью – скорее она была похожа на малоприятную темную слизь.