Аромат невинности. Дар

Только я стоила дороже, чем она, и оклады, как я подозреваю, у нас тоже разные были.

Закончив с лицом, направилась к двери, что вела в сервировочную.

– Удачи! – уже более доброжелательно пожелала мне Ксения.

– Тебе тоже хорошего вечера, – улыбнулась ей я.

В сервировочной меня дожидалась Мария. Приятная женщина за сорок, которая тепло мне улыбнулась.

– Готова? Ложись, я тебя осмотрю.

Сняв полотенце, я легла на стол, и она начала порхать вокруг меня, уделяя одинаковое внимание как стопам ног, так и лицу.

– Когда педикюр делала?

– Позавчера.

– Смени мастера! Халтурит. Я тебе чуть подправила, но послезавтра важный прием, так что приди пораньше, мои девочки сделают.

«Надо же, а почему мне об этом еще ничего не сказали?!» – удивилась я, но промолчала.

– Твой синяк на бедре почти сошел, я замаскировала. Постарайся новых не наставить, – ворчливо заметила она. – Так… руки нормально… грудь, узор сейчас нанесем.

Вторя своим словам, она взяла кисточку и начала наносить рисунок цветов.

– Все! – отстранилась она, довольным взглядом рассматривая свою работу. – Марш в очистительную кабину.

Я села на столе и хотела встать, но она остановила:

– Волосы подними. Я не всю шею видела.

Подняв кверху волосы, я терпеливо ждала, пока она меня осмотрит.

– Чисто. Иди!

Соскочив, я прошла в кабину, где выбрала режим очистки от запахов. Когда вернулась, Марии уже не было, а на столе стояли носилки. Я подошла к шкафу с одеждой и надела черную юбку в пол с золотым орнаментом, широким поясом на бедрах и высокими разрезами, обнажающими ноги, и золотую маску к ней с черными перьями, что подходила под мой сегодняшний макияж глаз.

Маска была сделана на заказ и скрывала волосы и почти все лицо, оставляя лишь губы, покрытые прозрачным блеском. Надев ее и проверив крепления, чтобы она плотно прилегала к лицу, села на носилки, обитые белым бархатом.

Хлопнула дверь, но даже не глядя на вошедшего, я знала, что это Верьен, правая рука Сатияра. Он подошел и начал придирчиво обнюхивать меня.

В этом ничего человеческого не было, но я знала, что он оценивает, как я пахну и нет ли посторонних запахов.

– Ты меня радуешь, – заключил он, посмотрев на меня, и уже в сторону двери: – Заходите!

Открылась дверь, и въехала тележка, которую толкала одна из помощниц шеф-повара. Сам он следовал за ней.

Я легла, и началась сервировка, которую осуществляла девушка-девственница, под руководством своего шефа. Ее было лет шестнадцать.