Следы Сиятельного. Книга вторая. Белоцветье.

— Именем своим! Раку’джу Проксима, я взываю к легиону покорившихся мне! Явитесь на зов через врата домена Просимы, исчадья инферно! 

Повсюду, куда дотягивалась аура подавления Раку’джу, начали появляться столбы портальных арок в мир демонов.

— Дар старшей крови демонов! — Инуги грязно выругалась. — Твари клана Проксима! Призыватели-полководцы! Фс-с-с! Я со своими бойцами беру выродков, лезущих из северного сектора с порталами. А вы, старичье, берите остальные участки на свое усмотрение.

Инуги, как маг восьмого круга, одна имела атакующую силу, сравнимую с тремя вместе взятыми старейшинами. Стоило ей сделать шаг, как округу снова накрыл голос могущественного демона.

— Аз есмь Проксима! Беру, подавляю, уничтожаю! Заставь сломиться волю тех, кто внемлет мне! Голос страха!

Заметив подмогу, старый демон решил накрыть всех противников мощной ментальной атакой до прихода первой волны призванных им инфернальных созданий. Полководцы Проксима заслужили себе имя отнюдь не ручной армией, а умением комбинировать свои дары и личные способности.

Однако мгновением позже раздался крик боли Раку’джу. Десяток копий-чудес Лонгиния впился в его скованное тело. Стоящий вдали Фаракос почувствовал, как заныли зубы от объема разлитой в пространстве святой силы. И это с пятисот метров у того, кто просто имеет примесь инфернальной крови! Воздух над местом боя начал светиться. Сам демон, скорее всего, чувствует, будто его поместили в котел с кипящим маслом.

— Мне одному интересно, какой резерв святой силы у нашего святоши? — Диаз чувствовал, как шерсть встает дыбом от надвигающихся проблем. — Одних только цепей на пять тысяч. Еще эти копья, мощный щит и другие чудеса. Уже двадцатка набегает.

И тут «Солнце Веры» полыхнуло, заставив всех прикрыть глаза. Крик боли демона, разнесшийся над свалкой, услышали даже те, кто прятался в подземном убежище. 

Землю окропила доведенная до жидкого состояния святая сила.

***

Незадолго до битвы, почуяв приближение серьезных проблем, подростки, жившие в доме отшельника, убрались подальше, прихватив малыша и сопротивляющуюся Салдону.

— Отпусти меня немедленно, идиот! Ты знаешь, что мастер и община с тобой сделают за мое похищение?

— Скажут спасибо. А теперь стой и не дергайся.

Метис, парень со смуглой кожей, поставил девушку на верхушку холма из мусора. Рядом с ними остановился его товарищ, держащий на руках карапуза.