Симфония мостовых на мою голову

Монета?

Откуда?

«На удачу», – проскрипело рядом, и монстр пополз обратно за парапет моста к холодной глади Фонтанки.

Давид выругался, сунул десятирублёвую монетку в карман, потому что выбрасывать на глазах у монстра посчитал опасным, сел в троллейбус и покатился домой.

Закончил за один вечер всю работу, скинул Синицыной итог, распечатал двадцать три страницы доклада и подколол в папку.

Отец застал его за бессмысленным перебиранием бумаг, Давид никак не мог решить, нужно ли подкладывать краткую памятку к работе или нет.

И каким цветом лучше написать название: фиолетовым или чёрным. Чёрный – это ведь так скучно.

– Ты почему до сих пор не одет? – Моисей Львович вырос над ним внезапно. Он даже дверь вроде не открывал. И как только смог зайти в комнату настолько бесшумно? – Ты через полчаса должен быть у врача!

От этой фразы внутри у Давида всё сжалось. И как он мог забыть? Мигом собравшись, парень вылетел из квартиры и помчался на Василеостровскую. В новенький жилой квартал. Его психотерапевт принимал в частном кабинете, имел два высших образования, принадлежал к еврейской общине и, само собой, держал данные о состоянии Давида в тайне.

Медицинские карты были старательно затёрты. Моисей Львович не мог допустить, чтобы за его ребёнком тянулась слава психа.

Эти ежемесячные визиты Давид ненавидел почти так же сильно, как и монстров за своей спиной. Чёрная тень боялась доктора и не выходи́ла, давая немного отдохнуть от скрежета. Зато потом нападала с удвоенным старанием.

Тогда дорога начинала расплываться перед глазами, а эскалатор завиваться змеёй вокруг запястьев.

Давид еле добрался до дома, он почти не помнил, что отвечал на вопросы, как вернулся. Почему-то это казалось совсем не таким важным, как цвет текста на титульном листе доклада.

А на следующий день его вызвал к себе Штольц, и выяснилось:

– Ирина Синицына заболела. Она просила, чтобы ей скинули конспекты, и надо отнести пару книг. Так как вы с ней... кхм, встречаетесь… Хотя это не столь важно.

У вас, Давид, мне кажется, лучшие записи. – Декан внимательно разглядывал Хворя, следя за каждым нервом на лице парня. – Поэтому не затруднит ли вас навестить девушку?

Хворь почувствовал, как у него за спиной раскрываются крылья. Да она просто заболела! И не будет никаких доносов!

Пытаясь скрыть своё облегчение, Хворь даже недовольно нахмурился. Прятать счастливую улыбку у него пока получалось гораздо хуже, чем нервозность и страх.

– У неё проблемы.