Чёрный инспектор. Крайса меж звёзд.

Он сам не мог до конца объяснить причину, но ему казалось важным донести мысль до красного инспектора. Конечно, всех участников поймали, никого не осталось, но тогда у него было ощущение, что он участвует в чём-то большем, чем потакание жадности и амбициям горстки Благороднорождённых. Именно это привлекло его и заворожило.

– Благодарю за откровенность, – Нуари встал. Он так и не притронулся к кофе.

Сэлиан проводил гостя до выхода. Когда Нуари уже подходил к двери, он услышал шаги на лестнице – лёгкие, женские.

По ступеням спускалась молодая женщина, одетая в свободное платье, почти скрывавшее её округлившийся живот. Её можно было назвать красивой, но бледность кожи и расширенные зрачки выдавали в ней жительницу Дна.

– Это моя жена, Жиайя, – представил Сэлиан. Он смотрел на женщину влюблённым взглядом, ловил каждое её движение. В этот момент Нуари понял, почему шена Джельмит так сильно изменился за столь короткое время.

– Добрый вечер, – холодно улыбнулась Жиайя. Она смотрела на Нуари оценивающе, без капли страха, даже с вызовом.

Женщина явно знала, кто он такой, и не была рада визиту. – Вижу, вы уже уходите.

– Верно, не буду больше докучать, – так же холодно ответил Нуари.

В его голове с трудом укладывалось, что Благороднорождённый мог взять в жёны жительницу Дна. Завести интрижку – сомнительно, но возможно – но признать брак и будущего ребёнка было просто немыслимо. И всё же, шена Джельмит это сделал. Все его слова насчёт Дна и того, что тогда он не понимал, к какой реакции это приведёт, теперь становились понятнее.

Сэлиан действительно мог осознать, что натворил, после рассказа жены.

Нуари сел в экипаж молча, некоторое время не шевелился, потом, словно очнувшись, велел кучеру ехать обратно на Небо. Слуга, как и прежде, занял место на козлах. Лучше всего им было бы вернуться домой, рассказать всё Карле, если она уже вернулась с обхода. Или поделиться мыслями с тем, кто тоже оказался втянут в эти интриги и тоже пострадал – даже больше прочих.

– К дому шены Элиаса Аштарет, – велел Нуари.

Его друг уже должен был вернуться из Совета, сегодня не планировалось обсуждать ничего важного. Впрочем, Элиас в последнее время мог устроить бурные дебаты из чего угодно. Сколько Нуари ни просил его держать себя в руках, тот не желал мириться с тем, что казалось ему несправедливым. То, что произошло с Крайсом, лишь убедило Элиаса в необходимости перемен. Но Небо не желало меняться, Нуари это понимал, а вот его друг – отказывался.