Чёрный инспектор. Крайса меж звёзд.

Сама мысль о том, чтобы подняться наверх, пугала её.

– Это не обсуждается, – Элиас надменно вскинул подбородок.

Девушку надо было увести отсюда и как можно быстрее. Он не верил, что нападавший был обычным безумцем. А Киму видели рядом, на Дне ей было небезопасно. Элиас подумал, что Гильдия могла бы взять её под защиту, но с ней ещё надо было связаться. А до того, спрятать девушку там, где её никто не станет искать.

Элиас проигнорировал возмущение и удивление охранников. Им в награду за труд досталась отличная тема для сплетен.

Кима нерешительно кивнула, понимая, что ослушаться Благороднорождённого не может, тем более, при свидетелях. Элиас положил руку ей на плечо и направился к ближайшей станции. Только когда пропускной пункт пропал из вида, он позволил себе прислониться к стене и закрыть глаза. Уйти с гордо поднятой головой – порой это отнимает больше сил, чем любой тяжёлый труд.

– Шена! – Кима робко подошла, не смея коснуться. Внутри ядом растекалась паника. Она не знала, что её ждёт, но в голову пришла жуткая мысль о том, что Благороднорождённый решил как-то наказать её за то, что его ранили.

– Всё нормально, – Элиас выпрямился и оттолкнулся от стены. Это было ложью. В том, что произошло, в том, как он себя сейчас чувствовал, не было ничего нормального.

До поезда он дошёл на чистом упрямстве. Платок Кимы весь пропитался кровью, она никак не останавливалась. Или Элиасу так казалось, он старался не смотреть на руку. Девушка не знала дороги, поэтому отключаться или отвлекаться было нельзя.

Шена Аштарет и сам не так хорошо помнил маршрут.

Средний город отпечатался в памяти грязными окнами и постоянной давкой. Впрочем, их старались не трогать. Земля превратилась в калейдоскоп цветных пятен, и дикого контраста жизнерадостного звонкого голоса, объявлявшего остановки поездов, с тем, что звучал на уровень ниже. Кима держалась хорошо, хотя и была напугана. На неё смотрели с презрением. И на него, пока он не снял капюшон. Было непривычно чувствовать на себе взгляды, полные брезгливости и отвращения.

На пропускном пункте на Небо Элиас сдался и вызвал экипаж. Кима попыталась сбежать, сказав, что теперь его доставят к дому без неё. Пришлось тащить её из последних сил. Элиас упрямо сжал зубы и держал девушку за запястье, пока экипаж не набрал скорость. Воздух Неба казался шене Аштарет приторным и густым, руку он уже не чувствовал. Сквозь туман в голове пробивалось осознание, что это не может быть следствием простой кровопотери. Нож мог быть отравлен.