Чёрный инспектор. Крайса меж звёзд.

Увидев бойцов Гильдии и Кою, тот замер, не дойдя несколько ступеней. За ним застыла полуголая девица. С её лица мгновенно исчезла игривая улыбка, она испуганно сжалась, прячась за своим клиентом.

– Глава, – едва придя в себя, промямлил Фэрри.

– Подойди, – Кою изучающе посмотрел на Лепёшку. – Скажи, как давно ты начал приходить сюда?

– Как в Гильдию попал, – насупившись, ответил Фэрри. Раньше ему не хватало денег, чтобы пользоваться услугами девочек из самого элитного борделя Дна. Да и не хотелось особо. Он представлял себе это место слишком чистым, а девушек – манерными.

– А до этого? – Кою смотрел на Лепёшку с вежливой улыбкой.

Крайс внутренне содрогнулся, эта улыбка была сродни липкой паутине, незаметно оплетающей жертву. Пауки, что водились на старых заводах и в отвалах шлака, делали её прозрачной, очень прочной и токсичной. Рюни помнил, как чесалась после неё кожа, с каким трудом он отдирал её от рук. Тогда он был совсем мал, но вовремя сообразил, во что влип, и успел сбежать. Стая пауков вполне способна была оплести его полностью и сожрать.

– Борделей на Дне хватает, они только не такие, конечно, – Фэрри пожал плечами. Раньше ему хватало грязных комнатушек и тощих, уставших от всего на свете девиц. Теперь он был членом Гильдии, и развлекаться в таких местах было не солидно. – Попроще.

– Мне нужно знать, есть ли такое место, куда мог прийти одарённый, – Кою продолжал сплетать свою паутину, вытягивая не жизненные соки, а информацию.

– Есть одно местечко. Кажется, я видел там одного из верхних. И даже не одного, но те делись куда-то, – Фэрри не стал отрицать очевидного. Иногда хотелось чего попроще. И девчонок, и выпивки. Того, к чему привык. – Все ж знают, что Мадам вам обо всём рассказывает, вот и ходят иногда туда, где безопаснее.

– Обязательно. Мадам, благодарю за содействие, – Кою поднялся на ноги.

– Глава, – Айша напряжённо посмотрела на Кою, комкая на груди тёплую шаль. – Я сказать хотела. Здесь это так не заметно, но в других местах… Верхние ведут себя мерзко. Откровенно жестоко. И говорят страшные вещи.

– Какого рода вещи? – Кою повернулся к девушке. За его спиной Мадам прижала ладонь ко рту.

– Всякое недоброе. Что Дну пора сгореть, а то смердит.