Чёрный инспектор. Крайса меж звёзд.

И дело было не в стоимости, а в том смысле, который в неё был заложен. Символ, реликвия, тайное послание, вещь, дающая право на что-то? Крайс не знал точно, но не сомневался, что отец мальчика был не единственной жертвой. Проклятый символ собирал дань. На Дне верили, что его появление означало смерть.

– Итак, юноша, вы обвиняете Благороднорождённого в убийстве вашего отца, я верно вас понимаю? – Энде побарабанил пальцами по столу. Его улыбка из доброжелательной стала лукавой. – И просите защиты у полицейского управления.

– Да, да, всё так! – мальчик быстро сообразил, что должен ответить.

– Отлично, тогда садитесь и пишите заявление. – Шена Рандэлл задумался на пару мгновений. – Только не здесь! Обратитесь к любому секретарю. И как ваше имя?

– Меня зовут Микаэ Лефан. Моего отца звали Дорту Лефан. – Мальчик замялся, он не знал, как обращаться к главе управления полиции. У того не было серёг в ушах, значит, скорее всего, он был одарённым. Но и фамилии мальчик не знал, а обращение само по себе не используется.

Отец всегда требовал от сына строго соблюдения правил и этикета.

– Идите! – Энде махнул на него руками, точно прогоняя что-то мелкое и надоедливое. Потом пододвинул к себе коробку с пирожным. – А вот теперь то, что действительно важно.

– Шена Рандэлл, вы поверили мальчику, – Крайс не ожидал ни от кого из небородных подобного. Разве что шена Аштарет мог попытаться выяснить правду.

– Пока других вариантов у меня всё равно нет, – беспечно пожал плечами Энде, доставая из ящика стола ложку.

– Его история кажется мне убедительной, хотя и очень загадочной. Кстати, позови Превенс.

Крайс кивнул и вышел из кабинета. Поведение нового начальника было странным, иногда раздражающим, но с другой стороны, старший инспектор Бруно отдал бы мальчишку, не задумавшись ни на миг.

– Ленна Леммар, зайдите к шене Рандэлл, – Крайс сказал это тихо, стараясь, чтобы никто больше не услышал.

Девушка кивнула и робко улыбнулась Крайсу. На своём столе он нашёл коротенькую записку, написанную знакомым почерком.

Превенс поздравила его с новым местом работы и попросила обращаться к ней менее формально – они прошли через многое, да и Рюни был ей должен за то, что она нашла нужный адрес во время первого частного расследования. Это было платой.

Микаэ сидел за одним из пустующих столов и писал заявление с подсказками секретаря, седого крепкого мужчины лет сорока, когда в управление ворвался его давешний преследователь с красным лицом.