Квинтэссенция

Прошло два года с момента проведения ритуала, следовательно, и с момента смерти Сэйди. Всё постепенно восстанавливалось, становилось на круги своя. Только вот Элиса продолжала винить себя в смерти сестры. Дверь кабинета открылась. Зашла Исгерд и на замок закрыла их вдвоём. В руке волшебница всё ещё держала листы бумаги.

— Это написала моя сестра и, судя по всему, очень давно, — поспешила объяснить Элиса. — Просто прочитай до конца, прежде чем что-либо говорить.

Исгерд села в кресло напротив ведьмы. Следующие десять минут они обе молчали, а Элиса нервно крутила в руке подвески на шее.

Она словно ожидала неминуемого приговора, который вот-вот должна была вынести Исгерд.

— Что это? — нахмурила та, как будто не поняла ничего из прочитанного.

— У неё не получилось провести этот ритуал по каким-то причинам, но, быть может… — Элиса замялась, а после с надеждой посмотрела на Исгерд: — Получится у тебя?

— Эта идея очень рискованная и опасная, ты же понимаешь это? Последствия могут быть любыми. Произойти может всё, что угодно, — видя, что от её слов глаза Элисы разгораются только больше, Исгерд тяжело вздыхает: — Хорошо, мы попытаемся.

Но только попытаемся. Если что-то пойдёт не так, я сразу же остановлюсь, договорились?

— Да-да, конечно, — ведьма быстро закивала. — Спасибо тебе большое…

— Не стоит меня благодарить сейчас. Во-первых, мы ещё ничего не сделали. А во-вторых, мы не будем заниматься этим вдвоём. Нам понадобится куда более уверенное колдовство, — Исгерд улыбнулась и наклонилась в сторону Элисы.

— Нам придётся привлечь моего мужа.

— Ладно, — быстро согласилась Лиса, что убедило волшебницу в серьёзности намерений подруги. Она знала, что от одного его упоминания даже у сверхъестественных существ — насколько это возможно — стынет кровь в жилах. И только невероятной силы желание может заставить пойти на такие отчаянные меры, как работа с ним.

— Не переживай, — поспешила успокоить ведьму Исгерд, — он не так страшен, как о нём говорят. К тому же, нам нужен только его совет.

Хотя обсудить предстоит многое, — она вновь пробежалась взглядом по строкам, а после улыбнулась: — Все мы достигнем чего-то нового…

***

Практически весь следующий год Элиса уживалась с желанием рассказать обо всём Ричарду и со страхом перед его реакцией. Изначально существовал только страх, а с ним всё было предельно понятно: нужно молчать. Но проходили месяцы, радость и воодушевление в душе всё крепчало, заставляя желать перемены вещей.