Приключение, приснившееся под утро

На негнущихся ногах, отведя взгляд в сторону, она обошла диван и встала у двери на кухню, чувствуя, что всё тело трясёт, зубы стучат и невозможно унять сердцебиение.

Она почувствовала. Словно кто-то вздохнул за спиной. Вновь взрыв смеха.

— Настя? — снова позвала мама, не оборачиваясь. — Ужинать будешь?

— Позже. — Анастасия не узнала свой голос — скрипучий, шершавый. — У меня дела ещё, потом приду.

Она добралась до своей комнаты, не сразу сумела запереть дверь дёргающимися пальцами. Упала в кресло и закрыла лицо руками.

Бежать. Бежать! Она не сразу сумела собрать вещи – у неё всегда рюкзачок в шкафу: несколько раз выбиралась к подружкам за город, всё необходимое всегда там. Чтобы не думать: взяла и поехала. Анастасия проверила, что в рюкзаке действительно всё необходимое, бросила туда запасной телефон – тот самый, для тайной связи – и проверила, что и еда там есть, и вода. И вновь накатило – они, вместе с Виктором, тогда ещё незнакомым и неприятным, идут к выходу из библиотеки, и их рюкзаки – оставлены на хранение – в нишах у входа.

Анастасия помотала головой. Надела рюкзак, приоткрыла дверь. Мама и Вика, похоже, на кухне. Отлично. Анастасия, стараясь унять сердцебиение, проскользнула в прихожую...

Ага, удрала незаметно: папа там чинил входную дверь.

— О, Настя! – заметил он, не оборачиваясь. – Что-то замок заело. Я быстро – какой-то час и поменяю замок, не беспокойся. Он оглянулся, помахал рукой, а Анастасия вздрогнула – глаза отца были совершенно пусты, а улыбка казалась бессмысленной.

Всё ясно. Сбежать ей не дадут, по крайней мере – немедленно. Нужна помощь, и только не от Иннокентия. После того, что Анастасия видела в гостиной, она стала понимать – намного легче было убегать и скрываться от Стражей – те, по крайней мере, были просты и понятны в своих намерениях.

Ладно. Вряд ли её хотят отравить, ведь все ждут, какой образцовой женой она станет. Анастасия вернулась к себе, переоделась в домашнее, а уличное и рюкзак вернула в шкаф.

Когда она появилась на кухне, и мама, и Вика выглядели совершенно обычно, по-человечески.

— Садись, Настя, садись, – пригласила мама. Обняла за плечи и поцеловала в макушку, когда средняя дочь уселась. – Весь день на ногах! Поужинай, дела подождут.