Не ловите мух...

Почти все место в небольшой каморке занимали аккуратно расставленные ящики и коробки, на вешалке висело несколько костюмных чехлов.

В центре чулана в полу располагалась круглая крышка люка, и Джаспер, сразу, как они вошли, склонился над ней. Быстрым привычным движением он потянул за рычаг, и крышка поднялась. Тут же потянуло сыростью и характерными запахами канализации.

Полли глянула в проем – вниз вели металлические скобы-ступени. Видно было лишь три такие скобы, остальные терялись в темноте.

– Нам туда, – сказал Джаспер.

– Что это за люк?

– Ты разве не помнишь? – спросил мальчик, и Полли покачала головой. Что она должна помнить?

– Надеюсь, ты не боишься крыс, – широко улыбаясь, сказал Джаспер.

Полли поморщилась: все зависело от того, что именно это за крысы. Она не единожды сталкивалась с крысами размером с волкодавов, а еще слышала истории, будто в Габене водятся крысы, по сравнению с которыми даже городской кеб мог бы показаться спичечным коробком.

– Осторожнее, Полли, а то тебе искусают все пятки, – со смехом сказал Джаспер и полез в люк.

Полли осторожно последовала за ним. Скобы, как ни странно, не были ржавыми, словно их установили не так давно.

Путь вниз не был долгим. Вскоре ноги Полли коснулись каменной поверхности – на удивление, довольно сухой.

Джаспер зажег стоявшую в нише керосиновую лампу.

Полли огляделась. С первого взгляда обычный коллектор: выложенный зеленоватым кирпичом тоннель с низко нависающими сводами, на стенах закреплены трубы, сыро, холодно, воняет так, будто где-то поблизости разлагается пара грустных покойников.

И тем не менее здесь было кое-что странное. Почти сразу Полли заметила

проложенный через тоннель и ведущий в обоих направлениях узкоколейный рельсовый путь. Чуть в стороне на рельсах стоял… стояло… что это такое, разобрать было невозможно – конструкцию, словно старый комод в чехле, скрывало от глаз большое полотнище.

– Ничего не вспоминается? – спросил Джаспер, подойдя к неведомой конструкции.

Полли покачала головой, и мальчик стянул полотнище.

Ее взору предстало нечто, напоминающее открытый экипаж. Черные лакированные борта были чуть скруглены книзу, на покатых крыльях на ножках разместились две круглые фары, еще пара фонарей висела сзади.