Не ловите мух...

Но она и не думала смягчать: они совершили ужасный поступок – трое друзей сговорились и убили своего друга, оставили сиротой его десятилетнего сына. Так они считали, пока не оказалось, что Тедди Трилби смог выжить и вернулся, чтобы отомстить.

Полли Трикк на ее месте было бы мерзко даже просто говорить с убийцей, но жестокую Зубную Фею не смущали подобные моральные мелочи. Ее заботили куда как более реальные вещи – сведения. Это лоскутное одеяло старой грязной тайны постепенно сшивалось. Ее злило лишь то, что новые лоскуты появлялись в ее руках слишком медленно.

Эти лоскуты словно приклеились к пальцам участника тех событий слизью Мухи, и она отдирала их с мясом.

– Вы говорили о какой-то сделке. Что требовал от вас Слепень?

Старик отвернулся.

– Мы должны были забыть Муху и все, что с ним связано. Слепень угрожал, что, если мы хотя бы раз упомянем Муху, он придет за нами и случится кое-что намного хуже разоблачения. В последний раз я видел его на похоронах Арти. Слепень любил намеки, часто говорил многозначительно – тогда, на кладбище, мне показалось, что он предупреждает: «Если вы станете болтать, то вас ждет то же, что произошло и с Арти».

Он ушел, и началось худшее время. Я не мог писать статьи, не мог есть и спать – боялся, что он передумает, что не оставит нас в покое. В каждой тени мне чудился Слепень. Роджер испытывал то же, но ему всегда удавалось глушить страхи в «Пантабрюхе».

Еще один «лоскут» таился в руке мистера Прингла, и Зубной Фее требовалось его забрать:

– Что случилось с Робертом Эрманом?

– В комнате не осталось мух…

– Что?

– В комнате не осталось мух… – повторил старик и принялся водить по ковру рукавами своей рубахи.

– В комнате не осталось мух…

– Мистер Прингл?

Бывший газетчик ее не слышал и продолжал бормотать. Зубная Фея вздохнула: было ясно, что больше от старика она ничего не узнает.

– Пришло время вернуть вас обратно, мистер Прингл, в вашу палату.

Она знала, что, помимо палаты, бывший газетчик и участник Тайного общества «Муха» вскоре вернется и в свой искаженный болезнью мир прошлого, где останется наедине с Арти, Роджером Хикклифом, Тедди Трилби и Слепнем.

Мистера Прингла больше не было. Его место занял лишь некто, проигравший схватку со своим чувством вины. Она понимала, что этот человек сам наказал себя – и намного ужаснее, чем это сделали бы тюремщики в Хайд…

– Мне жаль, – сказала Зубная Фея. Или это была Полли?

***

– Эх… старость.