Добровольная пандемия

— Что ж, будь по вашему. Попробуем протянуть время.

На небе уже поднималась луна, и ярко освещала переговорщиков. Предложению поединка Иррь удивился и тут же послал к стае шифрованный радиосигнал, пришёл такой же непонятный ответ. Татьяна украдкой рассматривала его морду, безуспешно пытаясь разгадать суть разговора.

Наконец, связь окончилась. Иррь скептически оглядел Костю и многозначительно ковырнул когтём между внушительных клыков — то ли просто ждал ответа, то ли хотел запугать противника. Костя стоял, заложив руки за спину, и невозмутимо смотрел на Ирря.

— Мы согласны на поединок, — оскалился Иррь.

Костя кивнул и начал флегматично раздеваться. Татьяна брала у него одежду. Его торс начал белеть: появлялась шерсть, скрадывала контур тела и светилась под луной. Повернул голову боком. Лицо уже вытянулось в волчью морду, а на макушке зашевелились острые уши.

Очень быстро он перекинулся, тоже запугивает, — подумалось Тане. Сняв последнюю одежду, Костя, теперь покрытый белоснежной шерстью, хитро оскалился на удивлённого Ирря и, точно копируя его движение, тронул когтем зубы.

— Ну что начинаем? — вышел Костя к противнику, оказавшись на голову ниже.

— Погодь, — ответил Иррь, нахмурившись. Было заметно, что Костя его чем-то обеспокоил.

Снова Иррь заговорил со стаей, потом кивнул чему-то и закончил разговор.

— Раз ты всё равно оборотень, то давай драться как волки и без магии, — сказал он.

— Как скажешь, — ответил Константин, приседая.

Таня увидела, что через полминуты его руки уже превратились в лапы. Это, наверное, было чертовски больно и затратно, но явно того стоило — Иррь прижал уши, и зарычал. Он стоял на четвереньках и несколько долгих минут, сцепив зубы, превращался в волка.

В бледном свете луны противники ходили кругами по пыльной дороге, серый и белый. К северу в десятке метров возвышались крайние дома посёлка, на юг простирался заросший травой и кустами пустырь, за которым в небо поднималась разрезанная дорогой стена леса.

Тяжелый огромный Иррь уже сделал несколько выпадов, но Константин быстро уклонялся и все медлил. Ему нужно не победить, а затянуть подольше. Теперь он обонял страх Ирря, и это было чертовски опасно. Враг был явно сильнее и опытнее в таком облике, не зря он предложил драться именно в нём.

Иррь делает выпад и, раскрыв пасть, летит прямо в морду Серову. Тот кошкой подпрыгивает на месте, где-то под ним раздаётся клацанье челюстей.