Я.Р.В: Лавил - Черный человек (beta)

— Твой ответ, мышка?

— Истерики, — неожиданно тихо и спокойно произнес Трепольский. Мы ахнули. — В детстве я часто впадал в истерики и доводил родителей до слез. Просто так, развлекаясь.

— Ответ принят! — Голова рассмеялась и взмыла в небо с огромной скоростью. — Глупые мышки! Вам сначала надо было найти предателя. Глупые, глупые мышки! Как вы уже догадались, один из вас соврал, а значит жребий выберет случайную жертву. И, кстати, пока колесо неудачи будет крутиться, у вас будет время чтобы найти среди мышек крысу.

Жирную и очень противную, — голова озорно рассмеялась. — Я покручу колесо подольше. Мне очень хочется, чтобы вы вычислили предателя.

Барабан колеса действительно тронулся с места. И теперь на нем всего пять цифр.

— Предатель... — мои пересохшие губы еле прошелестели это слово. Круживший вокруг нас ветер обжигал лицо.

— Как же нам его найти? — встрепенулась после глубокого раздумья Большакова. Она с подозрением осмотрела каждого из нас. Вдруг обратилась к кукле, задрав голову: — мало подсказок, дай ещё одну! Пожалуйста!

— Хм.

.. — фарфоровая голова опустила на нас красный глаз. — Пожалуйста? Я люблю вежливых мышек. Ну что ж, слушайте ещё одну подсказку: предатель лжёт, лжёт всегда и во всем. Он не ответит правды ни на один вопрос! Кроме очевидных, конечно же. Он отец лжи.

— Отец лжи... — Ферьзев тер подбородок анализируя услышанное. Спокойный и рассудительный даже на волоске от смерти. Я вглядывался в его лицо, внимательно следил за движениями. Четкими, но вместе с тем плавными. Само его спокойствие казалось мне обманом.

— Всегда врёт? Какая неожиданность! Да мы все врём, врём всю свою жизнь! — Трепольский истерично растрепал волосы. В центре песчаной бури да ещё и в шортах ему было особенно тяжело. Оголённые ноги раскраснелись и по выражению лица Трепольского ожоги отзывались ощутимой болью. — Кто-то один из вас предатель, ребята. Это точно!

Парень без зазрения совести потряс указательным пальцем в нашу с Ферьзевым сторону. И с одной стороны его подозрения вполне не беспочвенны, а с другой совсем уж отцом лжи меня назвать было нельзя.

Да я белая ворона в этой компании, но играю на общих правилах. Что касается Ферьзева...

— С чего такие выводы, молодой человек? — интеллигент поправил очки. Он был по-прежнему невозмутим. Впрочем как и я.

— Чутьё... — прошипел Трепольский и глаза его нехорошо сверкнули в мою сторону. — Где мой нож, дядя?

— Нет его у меня, — я показательно развел руки. Карманы мои действительно были пустые.

— Ложь.