Полуночная ведьма

Мало того, что она и так рассказала ему — незнакомцу! — больше, чем знал даже Ник, так еще и должна была выставить на обозрение сокровенное, не предназначенное ни для чьих глаз, кроме ее собственных — тело мертвой младшей сестры.

— Если я покажу тебе Клио, ты отведешь меня в Пропасть?

— Два условия. — Серые глаза сощурились. — Первое: однажды я стребую с тебя долг. Ответную услугу.

Ну разумеется. В нынешние времена без подобных бартеров не обойтись. Да и отступнику выгодно иметь охотницу в должницах.

— Хорошо, — произнесла она, без особого, впрочем, удовольствия.

— Второе: перед путешествием в Пропасть я нанесу на твою кожу печать, которая заблокирует твою полуночную магию. Рассветная, так и быть, останется при тебе.

— То есть я, находясь среди опаснейших полуночных колдунов, окажусь практически безоружной? И стоит тебе шепнуть кому-то, что я — охотница, как меня тут же разорвут на мелкие клочки? — холодно поинтересовалась Морриган.

Усмешка Дэмьена была не теплее ее собственной.

— Видишь, мы оба рискуем.

Играть по чужим правилам — что может быть унизительнее для ведьмы? Она закрыла глаза, ненавидя его, ненавидя всех отступников в целом и весь мир заодно.

— Хорошо. Я согласна.

— Но ты еще не выполнила первое условие.

Морриган пробормотала под нос нецензурную фразу, но Дэмьен и ухом не повел. Бесстрастное, со скудной мимикой, его лицо казалось высеченным из камня. Впрочем, Морриган и сама не могла похвастаться широким спектром эмоций в своем арсенале. Ведьминская сущность, взросление под надзором устрашающей Бадб Блэр, а после — среди грубоватых охотников за головами наложили свой отпечаток.

Морриган жестом велела ему следовать за ней. Подошла к столу и коснулась лежащей на нем сферы, снимая защиту. Рой серебристых бабочек взлетел к потолку, чтобы несколькими мгновениями спустя опуститься на пол и образовать человеческую фигуру.

— Красивая, — равнодушно заметил Дэмьен.

Чужая смерть его не пугала. Наверняка и ему приходилось терять близких и родных.

— Очень, — прошептала Морриган, глядя на миловидное личико сестры. Ей всего шестнадцать, а она уже мертва. Тряхнула головой, сбрасывая оцепенение: — Так ты мне поможешь?

Тяжелый взгляд глаз цвета пасмурного неба. Короткий кивок.

— Помогу.