Полуночная ведьма

— То, что ты задумала… это слишком опасно и непредсказуемо.

— Мама, моя сестра мертва! Мертва, понимаешь? Сделать ей хуже я уже не могу!

— Можешь, — холодно возразила Бадб.

Морриган молчала, кусая губы. Мать была права. Но другого способа вернуть к жизни Клио она просто не знала.

— Если что-то пойдет не так… если она сойдет с ума или перестанет быть собой, я не стану ее мучить. Но я должна хотя бы попытаться. Неважно, чего хотим мы. Клио прожила слишком короткую — несправедливо короткую! — жизнь. И она ненавидит полуночную магию.

— Ревенанта[2].

Морриган скривилась, но исправляться не стала.

— …и наделишь своими способностями, она будет в ужасе. От того, что ты сделала, в кого ее превратила, от своей новой сущности. Я это знаю. То, что собираюсь сделать я — меньшее из двух зол. А ничего другого нам и не осталось.

— Тебя действительно так волнуют чувства сестры? — Голос Бадб похолодел на несколько градусов, чувственные губы искривила ледяная усмешка.

Леди Ворон не привыкла отступать — правило жизни, которое Морриган впитала с молоком матери, и которое нередко доводило их до ссор.

Морриган кожей чувствовала надвигающуюся бурю. Но первой оружие она не сложит.

— Представь себе, волнуют.

— Будь так, ты бы ее не бросила, — хлестко сказала Бадб.

Морриган будто дали пощечину. Оглушенная, она не сразу нашлась с ответом. Леди Ворон его и не ждала: распалась тут же растаявшими в воздухе перьями. Картинный, театральный уход.

Морриган ошиблась: бури не будет. В этот раз Бадб решила оставить последнее слово за собой.

Она медленно, очень медленно выдохнула, унимая раздражение и ярость. Чтобы успокоиться, прошлась по комнате, ненадолго задерживаясь то у стола со сферой, в которой искрилась душа Клио, то у шкафов, где аккуратным рядком стояли многочисленные книги. Никакой развлекательной литературы, сплошь философские труды, медицинские справочники, учебники по целительству (единственная магия, которую сестра признавала), по биологии и медицине.

Клио и в детстве постоянно подгоняла саму себя, и вряд ли с тех пор что-то изменилось. Читала до поздней ночи, зубрила или часами сидела в башне всезнающих цеури[3], чтобы узнать самую свежую информацию: новые рецепты целительных зелий, последние медицинские статьи и научные дискуссии.