Полуночная ведьма

Она засыпала Веду вопросами. Утоляя ее любопытство, ее жажду ответов о новой себе, лесная ведьма не выглядела утомленной. Счастье, что время здесь текло иначе, однако в конце концов неизбежно настала пора уходить. Сон Веды таял, размывался, превращаясь в белое ничто.

Мир снов отпускал Клио, но она знала: он будет терпеливо ждать ее каждую ночь.

Глава тридцать четвертая. Джинн в зеркальном сосуде

Морриган мрачно смотрела на испещренный трещинами полуночный осколок. Решительно тряхнула головой. Раз судьба не торопилась награждать ее за старания, свою награду она завоюет сама.

Хорошо, что рассветная магия полностью при ней. Морриган провела рукой над изувеченным осколком истины и прошептала слова заклинания. Трещины заполнялись золотистым светом, зеркало сращивалось, словно поломанная кость. Дождавшись, когда осколок вновь станет цельным, Морриган убрала его в карман черного кожаного плаща, где уже лежали уменьшенные зеркала Клио и Ниам. И отправилась в Кенгьюбери, надеясь, что метка Дэмьена все еще не утратила свою силу и позволит ей вернуться.

Морриган кралась по улицам, придерживаясь теней и стараясь держаться как можно дальше от зеркал слежения. Не слишком удобно, что спиритуалист вел дела в Центральном квартале, который кишмя кишел и ими, и полицейскими агентами. Морриган даже не удивилась бы, узнав, что заказ на нее уже передан охотникам. Конхобар ведь обещал: если о ее действиях станет известно Трибуналу, церемониться он не станет. Будет забавно, если кто-то из бывших коллег откроет на нее охоту на улицах родного города.

Увидев Морриган, МакМурри отчего-то просиял: то ли страдал от недостатка клиентов, то ли ему пришлось по душе ее общество. В этот раз на спиритуалисте был не менее эксцентричный наряд: узкие до неприличности белые джинсы, рубашка с бахромой на рукавах и ковбойская шляпа. Удержаться от ехидных замечаний оказалось невероятно сложно. Морриган могла по праву гордиться тем, что ей все же удалось.

— Снова твоя сестра? — спросил МакМурри, когда она выложила на стеклянный стол коллекцию зеркал и филактериев.

— Нет, ее убийца.

Белозубая улыбка сползла с загорелого лица.

Зеркала и филактерии МакМурри отложил в сторону почти сразу. Как и подозревала Морриган, его заинтересовал осколок истины. Бережность, с которой спиритуалист прикасался к одному из главных ведьмовских атрибутов, заставляла проникнуться к нему симпатией.

— Здесь — часть его души, его чар и его энергии.