Полуночная ведьма

Один взгляд на ведьмовские атрибуты, и все встало на свои места. Осколок истины — верный союзник любой зеркалицы — украсила паутина трещин. А такого просто не могло произойти естественным путем — осколок был зачарован от обычных, немагических, ударов.

Если даже Бадб не смогла проникнуть в Пропасть, пока связанная с ней магическими и родовыми узами Морриган не оказалась здесь, то и у убийцы был лишь один способ сюда попасть. Через осколок истины, который она постоянно носила с собой. Морриган заскрипела зубами от злости.

Она собственноручно открыла Итану вход в Пропасть. И, оказавшись здесь, он направился прямиком в Тольдебраль.

Глава тридцать третья. Кошмары в белой пустоте

Бороться со сном становилось все тяжелее. Теперь, когда Клио видела мир глазами белой голубки — слишком быстрый, слишком яркий, но все же родной мир, прежде тонущий во мраке, словно в гуще тэны… дышать стало легче. Страх больше не бился в грудной клетке как второе сердце. Страх, что она навеки останется слепа. С плеч будто рухнула каменная плита — так велико было облегчение.

Однако на смену ему пришла смертельная усталость. Клио ужасно хотела спать.

«Ведающая Мать будет рядом, она обещала», — убеждала она себя, пока веки наливались свинцовой тяжестью.

Правда, сама с трудом понимала, как предводительница лесных ведьм сможет преодолеть разделяющее их расстояние и быть рядом с ней. Но от самой этой мысли становилось легче.

Поерзав на согретой постели, Клио сомкнула веки. Медленно выдохнула через приоткрытые губы и по памяти коснулась знака Дану, оставленного Ведающей Матерью.

Мысленно воззвала к ней, и метка ответила теплом. Оно разливалось по телу, даря покой и умиротворение.

Клио провалилась в сон, а вместе с ним — в протянувшуюся от края до края белую неизвестность. Она вскрикнула. Звук потонул в пространстве, будто набитом ватой.

— В-ведающая М-мать? — дрожа, позвала Клио. — Вы здесь?

Обернулась вокруг своей оси, но куда бы она ни смотрела, белизна оставалась нетронутой, неизменной. Сделала шаг, за ним другой, третий, сотый… но по однообразному пейзажу вокруг казалось, что и вовсе не тронулась с места.

И пусть белая пустота лучше черной мглы мира теней, но и она пугала — своей незыблемостью, отсутствием даже проблеска жизни. Что, если Клио не зря так боялась засыпать и погружаться в это белое ничто? Что, если теперь она застряла здесь навсегда?

Страх взорвался в груди, Клио закричала:

— Морриган!

Белая пустота разбилась и осыпалась осколками на землю.