Полуночная ведьма

Ганджу выглядел безучастным — наверняка на своем веку он повидал достаточно куда более удивительных вещей.

Дэмьен, прислонившись к стене, с улыбкой наблюдал за происходящим. В стороне остались лишь Морриган и Доминик.

— Большинство горожан еще ни о чем не знает. — Глава Дома О`Флаэрти бесстрастно усмехнулся: — Информация из первых уст.

Морриган недоверчиво вскинула бровь.

— У вас есть осведомитель в королевской семье?

— Можно и так сказать. Мои осведомители — прирученные Аситу призрачные слухачи. Благодаря им я узнаю самые свежие новости.

Беда в том, что видеть они не умеют.

Так вот откуда Доминик о порядках в королевской семье известно так много. Как долго его призрачные слухачи — привязанные ведьмами к миру живых тени-соглядатаи — наблюдали за Тольдебраль?

— Как они убиты? — отрывисто спросила Морриган.

— Не знаю, — с видимой неохотой признался Доминик. — Слухачи не могут проникнуть в Тольдебраль — слишком сильна защита, вот и вьются вокруг. Все, что они услышали — это явные крики борьбы, бессвязные причитания служанки и слабый голос Оливии Фитцджеральд.

Она явно в ужасе, но… жива.

Морриган задумчиво постучала пальцем по губам, провожая взглядом поднимающуюся к себе Клио. Саманья бережно поддерживала ее под локоток.

Мерилом ведьминского мастерства почти всегда выступало время. Годы учений, годы практик, годы жизни, переплавляемые в драгоценные знания и опыт. Чем старше ведьма, тем она могущественнее. Да, были исключения, яркие вспышки — невероятно талантливые юные колдуны и ведьмы, которым не понадобилось много времени, чтобы взрастить свой дар.

Однако подобные уникумы встречались редко. Даже Морриган с ее нечеловеческим упорством, какого бы уровня ведьминского искусства ни достигала, матери уступала всегда. И до смерти Леди Ворон, и после.

Как же так вышло, что Оливия смогла выжить, а Линн и Агнес — нет? Удача? Более умелое владение веретническим даром? Более сильный демон? Или убийца добрался до Оливии, уже растратив на ее сестру и мать львиную долю сил? У ведьм и колдунов, которые по собственной воле сделали свое тело вместилищем темной сущности, дар нередко выходил из-под контроля.

Поговаривали, что в этот момент над ними брали вверх их демоны. Возможно, нечто подобное, вроде «боевого безумия» берсерков, произошло и с Оливией.

Но как же это удобно: из трех женщин королевской семьи выжила только она одна.

Дэмьен подошел к ним, наверняка гадая, что они обсуждают наедине. Что ж, Морриган было что сказать им обоим.