Возвращение в долину

Если у меня будет то же самое, я об этом узнаю в свой срок, правда же?

Он прибавил газу, как только жилые кварталы остались позади. За окном потянулись силуэты придорожных зарослей, то и дело мелькали дорожные знаки и фары машин на встречке. Том почти не спрашивал Эву о жизни в городе, зато без остановки рассказывал о том, как обстоят дела дома. Как девушка и ожидала, мало что изменилось. Несколько знакомых умерло, парочка отправилась в тюрьму за воровство, еще шестеро стали родителями, половина из них развелись, полностью подтверждая национальную статистику продолжительности браков.

Наконец, из-за поворота показалась знакомая крыша, каменная стена по пояс высотой, не способная защитить даже от мышей. Во всех окнах клубилась темнота. Родной дом словно оглох и ослеп. Фары машины осветили дорожку, выложенную гладким плоским камнем. Чуть правее — Эва могла с закрытыми глазами пройти по этому пути — был мамин огород со всеми целебными травами.

— Ну вот, приехали. Маме привет, — усмехнулся он и перегнулся через коробку передач, чтобы открыть Эве дверь. — Мы очень скучали по тебе.

— Я тоже, — кивнула девушка и, прижав к груди рюкзак, вывалилась из машины.

На языке даже не осталось привкуса лжи, она и правда скучала. Вот только тоска у Эвы была особенной. Стоило ей подумать о том, чтобы вернуться в Сторрс, в памяти тут же всплывало отсутствие новых домов, супермаркетов и карьерных перспектив, и желание покидать мегаполис тут же испарялось.

Дверь в дом была не заперта. Эва чуть надавила на ручку, чтобы петли не визжали, но, как она ни старалась, противный скрип все же прорезал тишину дома. Прямо как в юности. Эва по привычке двинулась на цыпочках в сторону кухни, как вдруг щелкнул выключатель, и загудели лампы накаливания. На лестнице стояла Хелена Делвал. Ведьма, гадалка, целительница. Седая, растрепанная, облаченная то ли в ночную рубашку викторианской эпохи, то ли в саван.

— Привет, мам.

— Явилась, наконец, — хмыкнула Хелена, отбрасывая назад серебренную прядь. — В холодильнике осталось немного рагу, можешь погреть. Кровать заправишь сама. Где постельное белье, надеюсь, не забыла.

И, не дожидаясь ответа, она развернулась и направилась в свою комнату.

«Дом, милый дом?» — едко поинтересовался внутренний голос.