Мертвый источник

Я подошел к нему со спины, достал дробовик из-под куртки и спросил:

 - Смут у себя?

Вышибала медленно повернулся ко мне. Узнал. Щербатый рот растянулся в ухмылке. 

 - О. Шпик. Ты деньги принес?

 - Ага, – радостно кивнул я, и заехал ему в челюсть прикладом, выбивая оставшиеся зубы. Громила, нечленораздельно мыча, осел на асфальт. Я отступил на шаг, и с наслаждением пробил ему носком ботинка в голову. 

 - Бум! – звук был такой, как когда бьешь по хорошо накачанному кожаному мячу.

С глухим стуком голова громилы ударилась об асфальт. Я ухватил его за ноги и быстро затащил в щель между домами. Тяжелый, собака!

Вернувшись к дверям, я открыл их и шагнул внутрь. В баре орала музыка, мелькал стробоскоп. На танцполе извивались тела. Видимо, вечером бар работал в режиме клуба. Я огляделся. 

Смута видно не было. Неудивительно. Он же босс. А какой босс станет сидеть среди этого шума? 

Снова спрятав дробовик, я начал протискиваться сквозь толпу.

Какая-то малолетка в обтягивающем топе и с глазами человека, принявшего ударную дозу «Пыльцы сидхе» принялась тереться об меня в танце. Я отодвинул ее – и мне кажется, она этого даже не заметила. 

У входа в служебные помещения стояли двое. Чуть поменьше размерами, чем тот индюк, который сейчас дремлет за мусорным баком, но с явственно оттопырившимися подмышками костюмами. Угу. Понятно. 

В громкой музыке есть свою плюс. В этой какофонии никто не заметил двух выстрелов из дробовика.

А если кто и обратил внимание – скорее всего решил, что это открыли шампанское. 

Резиновые пули с такого расстояния, да по верхней части корпуса – я не церемонился, прицеливаясь – работали не хуже обычных. Оба гангстера извивались на полу, хватая ртом воздух. Я еще немного поиграл в футбол, потом приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Никого. Отлично. 

Этих двоих затащить внутрь удалось быстрее, чем одного громилу на улице. Я втиснул их в узкое пространство служебного туалета, подхватил попавшуюся на глаза табличку «Туалет не работает» и повесил ее на дверную ручку.

Пусть отдохнут парни. Умаялись, наверное. 

Держа дробовик наизготовку, я аккуратно проверил все двери. За одной оказалась кладовая, за другой – какой-то склад, заваленный ящиками. За третьей крашеная блондинка прыгала, тряся начинающей отвисать задницей, на пьяном в дым мужике. Я улыбнулся ему, показал большой палец, и прикрыл дверь.