Купеческая дочь замуж не желает

Не вылезая из—под одеяла, я осматривала вверенную мне жилплощадь. После смены нескольких временных жильцов после прежнего хозяина, трудно что—то сказать конкретное об этом помещении, даже мужское или женское это пространство.

Темные портьеры, балдахин—пылесборник над головой. Голый пол из светлой доски. Интересно, он всегда был голый или ковер к "югу ушел"? Комод с бельем у стены, небольшое кресло рядом. Понадежнее, чем мое "креселко" из отчего дома, конечно, но не вольтеровское. По другую сторону кровати стоит шкаф, за ней почти незаметная, стыдливая дверца — удобства, вероятно.

Вчера настолько устала, да ещё столь "теплый прием" от мымры номер два — все это выбило из колеи настолько, что я все процедуры перенесла на утро.

Да даже туалетного столика с захудалым зеркальцем нетути, где б красу девичью узреть. Что—то я нервически иронизирую с утра, верный показатель, что пытаюсь оттянуть нечто неизбежное и неприятное.

Ладно, решительно спускаю ноги с кровати, поворачиваюсь к изголовью, чтобы дёрнуть за сонетку и вызывать Лимку.

Ведь даже не знаю, где мои вещи разгрузили, найти бы собственные труселя и замираю с поднятой рукой.

— А если? — сомневалось подсознание.анная роза с нераскрывшимся бутоном нежно—лососевого оттенка. И сразу вспомнился сон. "Да ну на фиг, этого не может быть" — убеждало меня сознание. "А если?" — сомневалось подсознание.

Рассердившись сама на себя за неуверенность, протянула руку, дернула за сонетку и взяла цветок в руки. Цветок был настоящий, живой, с тёплыми, бархатистыми лепестками бутона.

Мне стало жалко такую красоту. Срезали, погибнет ведь. Невольно сжала стебель цветка в ладони, и вскрикнула — укололась шипом. По детской привычке сунула уколотый палец в рот, продолжая рассматривать розу.

Что там мне снилось? Верь, и магия проявится? Вот если бы это было так, что я бы пожелала для этого цветка? Дама во сне говорила, что в этом мире розы не существуют. Хотела бы я, чтобы здесь росли розы? Хотела! Может и правда, пожелать, чтобы срезанный стебель укоренился и прижился? А попробую! Втайне посмеиваясь сама над собой, я погладила цветок рукой, зажмурила глаза и сильно сильно пожелала этого.

Шепотом. И вернула на тумбочку.

Лимка, коротко стукнув в дверь, влетела ко мне в спальню и с ходу затараторила:

— Ой, лэрина Маринелла, вы уже встали? Доброго утречка вам! Да вы сидите, сидите, пол леденючий уже. Я вот тапочки вам сейчас найду и шалку поверх капотика—то накиньте, а я уж потом все найду.