Русалки. Выбор

– Смотри сюда, – прежде чем крестная ответила, предложила Маргарита Николаевна. Я тут же перешла на магическое зрение. И надо признать, объяснять экс-директриса умела. Поняла я всё гораздо быстрее, чем из объяснений крестной, Илины Владимировны или Аллейна. – Оно не привязано к цвету поля, так что чисто теоретически на мерфитской силе ты тоже сможешь его сплести. По крайней мере, у Киры, несмотря на алое поле, получилось.

– Спасибо.

– Не за что. Надеюсь, тебе это знание не потребуется, – экс-директриса поднялась.

– На этом я вынуждена вас покинуть: долг зовет. С обратным порталом, думаю, вы и сами справитесь.

– Конечно, – заверила её тётя Лена.

– Надеюсь, ты сделаешь верный выбор, Света. Не ради меня, а ради нашего народа.

Я тоже на это надеялась. А ещё мне нужно было срочно поговорить с Анастасией и градоправителем насчёт Вейнира. Поэтому, когда крестная вскинула руки, чтобы открыть портал, я покачала головой:

– Я, пожалуй, ненадолго задержусь.

– Сама ты лагерь покинуть не сможешь, – напомнила взрослая русалка.

– Найду кого-нибудь или тебя позову. Сейчас мне срочно нужно поговорить с Анастасией. – Судя по взгляду крестной, та не считала это такой уж хорошей идеей. Пояснила: – Если кто-то и может заставить Совет сейчас эвакуировать жителей Вейнира, то это они с прадедом.

– Куда, Свет? – устало вздохнула тётя Лена.

– Да куда угодно! В антарктическую школу хотя бы! Это уж они пусть сами решают. Всё не мешай! – я закрыла глаза и постаралась настроиться на Анастасию.

Елена Миллиос

Света откинулась на спинку дивана и вскоре обмякла: Соединение сознаний явно давалось ей всё легче. Лена заняла кресло, освобожденное наставницей, и уставилась на пламя. Ей было над чем подумать.

В том, что говорила крестница Маргарите Николаевне, был не только незамутнённый юношеский максимализм и слепая вера во взаимопомощь магически одаренных, но и рациональное зерно. И, судя по реакции целительницы, видела его не только поисковик, но и она.

Ну или просто Света была слишком нужна ей для того, чтобы попросить о помощи Тринадцать, чтобы с ней спорить или одергивать. Хотя вела себя девушка так, словно и не с атлантийкой и основательницей школ разговаривала. Маргарита Николаевна для неё авторитетом, кажется, вовсе не являлась. И это… пугало и странным образом восхищало одновременно.

Илина в Светином возрасте была другой. Да, тоже не стеснялась говорить, что думает, но наставницу слушалась.