Агитбригада-2

– а мне что делать?

– Да на вот! – старуха сняла с шеи одну цепочку с массивным блестящим кулоном из хрусталя и повесила мне на шею. – Носи на виду, и тебя ни одна тварь под контроль взять никогда не сможет. Будет только на это смотреть. А не на тебя.

– Но как я буду с бабской побрякушкой ходить? – забеспокоился я. – Меня же все мужики засмеют.

– Ну так придумай что-то! – возмутилась старуха. – мужики тоже носят.

– Придумал, – решил я, – сделаю из этого кулона себе зажим на галстук.

– Всё спросил или ещё чего?

– Совет ещё нужен, – вдруг вспомнил я, – у меня в том доме, где я снимаю комнату, хозяйка, старушка.

– Да то что! – возмутилась бабушка Пэтра, – зачем ей альбом? У неё все фотографии давно по своим местам разложены. А шаль ты такую, как надо, чужому человеку никогда не подберёшь.

– Так что же её подарить?

– Сейчас. Жди. – старуха сходила в палатку и вернулась через пару минут, держа в руках бумажный кулёк с чем-то.

– Спасибо, – искренне поблагодарил я, принимая подарок.

Счет к цыганам рос в геометрической прогрессии.

Сегодня я решил сделать ещё одно важное дело. А именно – я направился на агитбригаду. К Гудкову. Сейчас они располагались в здании малого театра, почти в центре города N. Который ранее был мюзик-холлом, а потом его превратили в «Театр революции».

Сейчас, судя по доносившимся звукам музыки – смесь дикого танго и хасидских плясок, и яростным аплодисментам, там шло какое-то пролетарское представление, но мои агитбригадовцы находились в другом крыле. Вот туда я и пошел.

Гудков сидел в прокуренном кабинете и что-то яростно печатал на машинке. Увидев меня, он обрадовался (скорее всего не конкретно мне, а возможности отвлечься и передохнуть):

– О! Генка! Что, к гастролям по соседней губернии готовишься?

– Готовлюсь, – сказал я.

– Ты главное, паря, одёжу потеплее прикупи – путь у нас долгий, всяко лучше в тулупчике по снежным дорогам ездить. И так все тёплое бери, кто знает, как мы ночевать будем.

Я вздохнул, вспомнив ночёвки в сырых домишках по сёлам. Нет, всё-таки комфорт я люблю. Но и поездку эту откладывать нельзя.

– Так что ты хотел? – спросил Гудков и тут же сам себя перебил, – мне Григорий передал твои требования.