Агитбригада-2

У входа в гостиницу стоял мордатый швейцар в декоративной ливрее и открывал-закрывал дверь.

– Отводи! – велел я призраку и смело вошел внутрь.

У конторки в фойе сидела полноватая девушка в синем турецком костюме, которая, стараясь придать своему славянско-курносому лицу сходство с дочерями Востока, так насурьмила брови и подвела глаза, что напоминала мне мадам Жуар во время спиритического сеанса.

– Отводи! – опять скомандовал я, и мы поднялись на второй этаж.

Длинный коридор второго этажа плутал и петлял так, что мы пару раз даже заблудились и пришлось возвращаться обратно по тому же пути.

– Смотри! Вот он! Номер двести шестьдесят восемь! – возбуждённо воскликнул скелетон, указывая костяшкой на нужную дверь.

– Вижу, – сказал я и провёл краткий инструктаж, – Так, Енох, ты про саквояж помнишь. Залетаешь, ищешь квитанцию этого грёбанного Треста «Пестроткань».

– Слушай, Генка, а остальные квитанции или бумаги… – начал было Енох, но был внезапно и категорически перебит невесть откуда взявшейся дамочкой.

Увидев нас, она заверещала, страшно вращая глазами:

– Вы кто такие?! И что здесь делаете?! Во-о-он отсюда-а-а!

– Гляди, Генка, это же душа местная, – восхищённо сказал Енох. – Прямо красотка.

Красотка от таких слов на секунду зависла, а потом завопила с пущей силой:

– Не пущу!

– Чего это? – удивился я и скомандовал, – Енох, выполняй.

Енох кивнул и влетел в дверь, намереваясь просочиться через неё.

Но не вышло. Со всей дури он ударился в дверь и отскочил от неё, словно резиновый мячик.

– Я же сказала – не пущу! – зловеще захохотала дамочка.

– Меня не пускает! – жалобно пробормотал изрядно удивлённый Енох.

– Ну так через стену давай! – махнул рукой я.

Вторая попытка призрака не удалась, а дамочка захохотала ещё обиднее:

– Я же сказала – вы туда не попадёте! – заявила она.

– Почему это?

– Нечего покой моих жильцов нарушать!

Я окинул призрачную дамочку внимательным взглядом: в коротком платье, фильдеперсовых чулках, на высоких каблуках, накрашенная в боевой грим, словно моя Изабелла, дамочка имела явно полубогемный вид.

– Ты была здесь проституткой? – спросил я.

– Ничего подобного! – обиделась она, – я честная девушка.