Магическая Москва 2

– А ты кто – убийца? Запугал и прикончил коллегу?

– Замолчи!

Но Инга останавливаться не собиралась:

– Правда глаза колет, а?

– Умолкни!

– Или просто трус и врун?

– Да ты…

Адвакиев, и так пунцовый, побагровел – и одним движением выплеснул на нее чай.

Инга с трудом, но удержала рвущуюся с кончиков пальцев силу.

– Поганые нынче полицейские, – неожиданно спокойно даже для самой констатировала она, осматривая пятно на футболке. – Под стать папочке, убийцу Петрова отпустившего, а?

Адвакиев сжал кулак.

– Не советую, – лед в голосе Андрея Васильевича мог бы охладить весь кабинет, и на участок бы осталось.

– Или вы немедленно заканчиваете истерику, приносите искренние извинения моей коллеге и начинаете правдиво отвечать на мои вопросы, или за нападение на сотрудника Особого Отдела получите минимум три года, и получите их гарантированно. А бывших полицейских в тюрьмах ох как не любят.

И ведь говорил негатор спокойно, негромко, но Инга еще не разу не слышала ни от кого такой убежденности и уверенности в своих силах.

И – такой холодной ярости. В слова сейчас Андрей Васильевич обличал желание просто-напросто избить полицейского.

Инга сглотнула, сделав себе мысленную зарубку никогда не злить негатора. Убьет еще… Так-то ладно, футболка благо темная, чай уже остыл. Не самое худшее, что с ней случалось, да и чай для лица полезен вроде как.

– Ладно. Ладно, я… – Адвакиев сдулся на глазах, – я… погорячился. Я все расскажу.

– Извинения, – голос негатора не смягчился. – Сейчас.

Адвакиев закрыл глаза, потер лицо руками, и, наконец, посмотрел в сторону Инги, куда-то мимо ее головы:

– Прошу прощения.

Погорячился.

Инга чуть кивнула. Искренности в том не было ни грана, но и так сойдет.

– Я… Увы, несколько нервный в последнее время. Слишком нервный. Дела, нагрузка, отпуска уже два года как не дают… Труп недавно детский всплыл, а у меня у самого дочка такая же… Навалилось все. И когда зашла речь о Корыстине несколько… дал маху, – признал полицейский, – еще раз прощу прощения.

Пока он был жив – никто не слушал, а как умер – сразу особисты явились.

– Теперь – правду о ваших отношениях.

Адвакиев тяжело вздохнул.

– Я… Валентин мне позвонил. С, наверное, неделю назад. Он был пьян, и я сбросил первый звонок. Но он был настойчив, и я взял трубку. Рассказывал, что его выживает из дома какое-то существо, похожее на домового, только невозможно ужасное. Говорил, что тратит все деньги на отели, но оно все равно появляется в номерах.