Магическая Москва 2

Так что не увеличивай специально количество трудностей, их у нас и так достаточно. С Адвакиевым я поговорю сам, но ты смотри и слушай, и если посчитаешь нужным – вмешайся. Если его отец скрыл улики, то сын может быть не в восторге от того, что мы начали копаться в деле полувековой давности. Тем более что он не знает, зачем мы его на разговор вызвали. Ясно?

Вопрос явно относился ко всей речи в целом.

Инга кивнула. Ей было предельно ясно, что пока магия несла, кажется, одни проблемы.

Андрей Васильевич ее настроение явно понял.

– Магия – большая сила, и Павел это не раз доказывал, и не только он. Магия – шанс спасти жизнь тогда, когда иное бессильно. Но все же магия это и нож, способный вылететь из руки в неподходящий момент, и лучше этой рукой не размахивать и не лезть лишний раз туда, где размахивать заставят.

Инга кивнула.

Доходчиво, что сказать…

Адвакиевым оказался лысый худой мужчина с цепким взглядом. Ждал он в кабинете десятника участка, и на вошедших Андрея Васильевича и Ингу смотрел с несколько, на взгляд эмпата, картинным равнодушием.

Оживился он только когда понял, что говорить будет не только с негатором, но и Ингой. Нехорошо так оживился, внезапно решив предложить и кофе, и воду, и перекус. И даже чай принес, хотя никто его об этом особо и не просил.

Правда чем больше активности проявлял Андрей Васильевич и чем тише вела себя эмпат, тем мрачнее становился полицейский, видимо, поначалу решивший впечатлить своей заботой младшего из напарников, но быстро понявший, что она тут так, для красоты.

Глава участка оставил особистам кабинет в полное распоряжение. Иных мест для приватного разговора особо-то и не было – разве что допросная, но для нее было явно пока еще рано.

Инга до того всего пару раз присутствовала на допросах, проводимых Андреем Васильевичем, и каждый он, как и Павел, начинал с простых вопросов, и уже на этом этапе возникли проблемы.

– Слушай, особист, давай без всех этих калибровок и прочего. Я – сыскарь, ты – сыскарь. Спрашивай по делу, и я отвечу.

Даже Ингу, для которой обращение на «ты» было привычнее, чем на «вы», такая манера общения резанула. Андрей Васильевич, впрочем, никак на столько вопиющую нетактичность реагировать не стал. Лишь заметил:

– Мы с вами оба являемся частью следственных структур, и поэтому вы, несомненно, должны иметь полное представление о том, как и где проходит опрос свидетеля, и чем отличается от допроса обвиняемого.