Стихия Смерти: Голос Времени

Если наверху ничего не менялось, и временами даже становилось скучно, то в темнице время теперь бежало быстрее, когда рядом был кто-то очень близкий по духу, и с кем было не страшно даже застрять взаперти.

С Велимонтом у Лорен часы то пробегали быстро, то останавливались и застывали, застревая на одном прекрасном моменте. Как и у него с ней.

С каждым днем они все больше узнавали друг о друге что-то новое и интересное. Иногда им обоим даже казалось, что они могли управлять временем. Иногда казалось, что они вот-вот взлетят, когда чувства и воспоминания захлестывали с головой.

Оставшись наедине на черт знает сколько времени, они не скучали, хоть теперь у Лорен даже не было плеера, на котором можно было посмотреть время. Они без конца разговаривали, разговаривали, как и всегда. Они всегда были настолько близки по духу, что слова вырывались изнутри сами собой. Велимонту в этом времени не потребовалось особых усилий, чтобы понять, почему они с ней в будущем вместе и почему так связаны.

Теперь он знал слишком много о будущем, и об их с ней будущем в особенности. Ему уже нетерпелось попасть туда, хоть и было впереди столько времени и поколений... Здесь, в этом времени у него не было толком ничего.

И новость о новом короле, даже двух новых королях, порадовала его еще больше. Лорен не волновалась о том, что много рассказывала ему – они оба понимали, что когда она, Матвей и Роза вернутся обратно, им придется стереть его воспоминания.

– Я не хочу забывать тебя, – тихо прошуршал в темноте Велимонт, сидя рядом и опустив голову на плечо девушки. – Кажется, теперь ты – единственный кусочек света во мраке вокруг меня.

– Это все временно, – отозвалась Лорен, – Ты и сам знаешь.

– Знаю, – кивнул тот, – Как и знаю то, что мне придется натворить немало бед до того, как мы с тобой наконец-то будем счастливы. И, кто знает, закончатся ли они вообще? Кажется, я еще слишком многого не понимаю в этой жизни.

Девушка светло улыбнулась:

– Ты поймешь все это. Со временем. Мы всему в жизни учимся постепенно. И хорошему, и плохому...

Велимонт вдруг выпрямился, вспомнил о чем-то и нахмурился:

– Ты ведь так и не рассказала, что между нами произошло... Точнее, ты говорила только о хорошем. Как будто есть что-то такое ужасное, о чем ты не хочешь говорить. И меня это беспокоит...

Лорен усмехнулась, прижавшись спиной к холодной стене темницы.