Стихия Смерти: Голос Времени

В тот же момент зала – а, может, и весь замок – начала подрагивать. Приборы за столом, земля под ногами...

Матвею, Лорен и Розе это было уже до безумия знакомо.

Ничего еще не закончилось.

И в считанные секунды это подрагивание уже перешло на легкое землетрясение, балла так на три. Матвей, Роза и Лорен не на шутку взволновались, и еще больше взволновались, когда заметили, что кроме них, никто этому совершенно не удивился. Видимо, это происходило уже не впервые, а эмоций в этой зале было предостаточно, чтобы всколыхнуть целый замок.

– Не волнуйтесь, – из-за стола вдруг послышался тихий равнодушный голосок Амелии, которую даже это никак не трогало. – Это происходит постоянно. Еще никто от этого не умер.

– Но все возможно, – парировала Роза, любопытно озираясь и теперь еще больше желая сбежать.

– Весь мир приходит в упадок, – продолжил за Амелией Лукас, будто пытаясь стать ее тенью или вторым я. – Возможно, все даже намного серьезнее. Раньше здесь всегда было тихо. А теперь как на пороховой бочке.

– Из-за трещин в реальности? – хмыкнула Лорен.

И тут же девушка прикусила язычок, почувствовав, как все снова уставились на нее. Слишком много она сказала и сразу. Или они боялись об этом говорить?

Зато Арт, почувствовав, как замок затрясся, внезапно испытал настолько мощное дежавю, что и сам будто готов был взлететь на воздух.

«Я уже преподала тебе однажды урок, и сделаю это снова!»

Резко, как призрачной плетью, ударив Арта, слова Лорен оглушающе прогрохотали у него в голове, словно эхо.

Только это было воспоминание из будущего: в тот момент, когда летом в Крыму Лукас заявился в особняк Лили, чтобы припугнуть окружающих – особенно своего дядю и мать. Но в особняке он столкнулся с Лорен, а внутри нее при встрече с ним ненадолго пробудилась потерянная память. Лорен чуть не разорвала Лукаса на кусочки. А вокруг все тряслось, особняк готов был подлететь на воздух, стены трескались, а повсюду были эти трещины в реальности.

Арт как безумный уставился на Лорен, ощутив непреодолимое помутнение разума, и даже напряжённо выпрямился.

– Ты чего?

Холодный, как острое лезвие ножа, голос Лукаса, мгновенно пробудил Арта от внезапного наваждения. Он перевёл взгляд на сына и нервно хмыкнул, скривившись в недовольной гримасе.

Арт, прищурившись, развернулся и уставился на Лорен:

– Что ты знаешь о трещинах?

– Немного, – Лорен поежилась и переглянулась с Розой и Матвеем. – Достаточно.