Стихия Смерти: Голос Времени

Кого-то все еще преследовали туманные голоса из прошлого, непонятные сны – но, возможно, это были лишь отголоски недавних событий.

Так или иначе – следы и отголоски ведут к разгадкам, ничего не бывает просто так в жизни. Кто-то находит свое место, а чья-то судьба все еще в поиске, и его история не закончена. Кажется, она только и поджидает, чтобы подвести к той самой сути, для чего ты в этом мире...

Но так же судьба любит загадки, томительные ожидания, перевороты в жизни и в сознании. Поэтому ее просто невозможно предугадать.

Все, что нам остается – просто жить и идти дальше: время само нагонит, расставит все по местам. И хорошо бы не вмешиваться во все это, не думать так много, просто гулять по берегу океана, слушать тишину, ощущать легкий соленый ветерок, вдыхать долгожданную свободу...

Если бы так легко можно было выбросить из головы ненужные мысли, страхи и сомнения – жить стало бы намного легче для каждого из нас. Но, на самом деле именно эти мысли и сомнения и двигают нас вперед – пока мы проворачиваем у себя в голове сценарии будущего, мы можем быть готовыми к чему угодно.

Лорен зябко поежилась и закуталась в куртку, уткнувшись в воротник носом. Она закрыла глаза и улыбнулась, глубоко втянув носом в себя воздух: куртка принадлежала Велимонту, и носил он ее часто. Она вся пропахла его запахом, таким родным, мягко отдающим легкими пряностями – свой, особенный запах.

Рядом тихо шуршал океан, брызгая в Лорен пеной: океан не засыпал никогда, а в октябре все еще отдавал приятным теплом, хоть солнце и выглядывало теперь совсем редко.

Занятно, но, пережив события этого лета, Лорен больше не страдала, как раньше. Внезапно ей стало так легко на душе, как никогда: стоять здесь, на берегу океана, в куртке любимого мага смерти, пережив безумное множество приключений и даже потерь – и, даже потеряв себя бесчисленное множество раз.

Она, наконец-то, нашла себя.

А Велимонт, лишившись вампирской сущности, теперь привыкал к новой жизни: он и забыл совсем, каково это – не хотеть крови, не зависеть от дикой жажды, и не использовать любимую девушку как «пакет с кровью».

Он и думать забыл о крови: теперь он наслаждался свободой, настоящей свободой – никогда он не чувствовал себя настолько свободным.