Стихия Смерти: Голос Времени

Хоть многие уже и скрылись в особняке, некоторым не хотелось уходить с берега. Успокаивающие волны всегда были лучшим лекарством от грусти или горя, и, как бы все ни пытались отдохнуть или забыться – очень сложно было забыть, как прямо у них на глазах Дана пожертвовала собой и сожгла себя, чтобы отвлечь ведьм. Но, на самом деле, Матвей понимал, что она сделала это, чтобы спастись самой. И теперь ему многое стало ясно о Лукасе – того, чего он не знал раньше.

Да, он знал историю его и Динары в будущем, но даже не представлял, что это началось ещё в далёком прошлом, и ее прародительница прокляла его на всю жизнь, чтобы он встречал ее, свою родственную душу, снова и снова, и мучился вечно.

С недавних пор, когда многие разъехались из Питера, Динара стала неотъемлемой частью Ордена. Поэтому Матвею было тяжело наблюдать ее смерть здесь, в прошлом. Что бы он ни говорил, как бы ни пытался «стать камнем», но спустя столько лет ему не стало легче смотреть на смерть дорогих ему людей.

Но он не стал трогать Антэйна и Арию, которые сидели на берегу чуть дальше от него – он соболезновал им издали, прекрасно понимая их боль. Это была их общая потеря, но Матвей хотел пережить это в одиночку. Как и было всегда.

Но он слушал.

– Что мы теперь будем делать без неё, Антэйн? – донёсся тихий голосок Арии – непривычно тихий, она всегда говорила бодро и громко. – Что я буду делать?

Антэйн молча приобнял подругу, и Ария устало опустила голову ему на плечо, уставившись на тёмный бескрайний океан, как в бездну.

– Она говорила тебе, что всегда хотела стать русалкой? Кто знает – может, ей пошли бы лиловые волосы? – девушка тепло улыбнулась.

– Матвей сказал, что у девушки из ее рода в будущем лиловые волосы, – Антэйн легонько сжал плечо Арии, чтобы подбодрить ее.

Он тоже не мог оторваться от ночного океана. И Матвей, сидя в стороне, не смог сдержать улыбки – вспомнил Динару с ее лиловыми дредами. Все было взаимосвязано, и все они ещё столько не знают….

– Значит, кто-то из ее семьи всё-таки выжил. Это отличная новость. Было бы ужасно, если бы о ней осталась только одна память.

– Память – это тоже немало. Те, кто погибли, всегда остаются с нами, даже если и остальные их забывают. Мы продолжаем их любить, потому что и не переставали.

– Да. Я всегда любила ее. И буду любить даже после ее смерти. И не знаю, как пережить это. Она была моей семьей. И не только…

– Нужно держаться. Держаться вместе.