Стихия Смерти: Голос Времени

На этой самой кровати, в которой они провели столько незабываемых ночей, но теперь ей казалось, что она впивается иголками ей в спину.

Дана и не заметила, что Лукас сидел сбоку от неё и внимательно наблюдал, ожидая, когда она проснётся. Девушка быстро осмотрела себя, не почувствовала физического дискомфорта и поняла – видимо, он отрубил ее магией, но не причинил вреда, не ударил от злости, просто похитил.

Но от этого было не легче.

– Наконец-то, – в тишине отозвался Лукас, – Я уже устал ждать.

Дана испуганно вздрогнула и повернула голову к нему.

Девушка молчала. Она знала, что, если скажет хоть слово – все будет использовано против неё.

Да и, что она скажет? Лукас все разрушил.

Теперь он просто монстр, который решил, что имеет право причинять ей боль, потому что сам на грани. Эта ловушка больше для него. Это он страдает из-за того, что смог почувствовать хоть что-то.

– Тебе совсем нечего сказать? – Лукас недовольно поморщился. – Так и будешь постоянно молчать?

– А если и так, то что? – парировала Дана, внезапно ощутив прилив смелости из-за злости на него.

– Ничего. Вообще ничего, – Лукас разочарованно скривился.

Он встал и подошёл к окну, выглянув наружу. Дана проводила его настороженным взглядом, готовая к тому, чтобы защищаться, если он вдруг нападет.

А если не нападет – он всегда мог размазать ее по стенке одними только словами. Он мог заставить ее забиться в угол от паники, кольнув в больное место. Он знал о ней все. Ведь она сама ему рассказала в начале.

Поэтому она молчала.

– Зря ты сказала, что я теперь буду не один в моей голове, – не оборачиваясь к ней, произнёс Лукас.

– А что, там появился кто-то ещё? – Дана решила оборвать свое молчание.

– Ты, – Лукас обернулся к ней. – И это невыносимо. Я не могу это прекратить.

Дана на несколько секунд испытала удовлетворение – не только она страдает от этой любви. Только она страдала не потому, что любит – а потому, что он все извратил. Сложно было не страдать, когда тебя морально прокручивают в мясорубке.

– Ты ведь не хотел быть один в своей голове, – Дана огрызнулась, – Наслаждайся. Я останусь там навсегда.

Лукас сделал медленный шаг вперёд, к кровати. И ещё один. Дана напряглась и инстинктивно сжалась, ожидая самого худшего.