Королевство кошмарных снов

— А внутрь коридора, так-то, можно и не заходить...

— Помнится мне, Стёпка об этом уже говорила. — задумчиво произнёс Тоник. — Но тут, девочки, дело не в этом.

— Блин, Антон, у тебя вечно «дело не в этом»!

— Артём, а та тётка, которая тебе не понравилась, пропала после того, как появились ворота «Коридора», верно?

Я принялся вспоминать.

— Ну... Нет. Хотя... Смотри — я её увидел, не понял, что она такое и решил немного подождать. — проговорил я. — Потом до меня дошло, что первой она не нападёт и я создал клинок и защитный купол.

— Стоп. — Алиса подняла ладонь и, щёлкнув пальцами, выложила на стол перед собой свой блокнот. Мгновение спустя на свет появилась её любимая зелёная ручка. — Это надо записать. Пункт первый — ты видишь человека в обычно безлюдном «Городке». Вот... Пункт второй — используешь магию.

— Скорее материализацию мыслеформы. — возразил Тоник. — Причём здесь магия?

Алиса посмотрела на него с скептическим прищуром.

— Я тебя услышала, Антош. Тём, продолжай.

Я улыбнулся.

— А на этом как бы и всё. Я сделал шаг к ней, клинок превратился в... не знаю... копьё. Пробил дорогу и сразу исчез.

— И тётка тоже исчезла?

— Я бы сказал — превратилась в вешалку, но... Можно сказать и так, да. Исчезла. А потом я почувствовал холод, развернулся — и там уже были врата. На месте подъезда.

Алиса старательно записала ещё несколько пунктов.

— Так...

Я следил за действиями подруги с улыбкой.

— Не выйдет, Алис. Я уже пытался анализировать это всё с логической точки зрения.

— Тогда воспользуйся женской логикой. — посоветовал сонный Макс и Стефания пихнула его локтём в бок.

— Максим!

— Не, погоди. — сказал Тоник. — А Макс в чём-то прав. Кто сказал, что тут будет работать такая логика, к которой мы все привыкли?

— Потому что наша логика называется «здравый смысл». — сказал я. — Ну ты сам прикинь — мой клинок засбоил ровно в тот момент, когда появились врата «Коридора». А та тётка превратилась в старые вещи. О чём это говорит?

— И о чём же?

— О том, что магия этого «Коридора» влияет не только на наш мир, но и на реальность Лабиринта.

— Но ведь он, выходит, усилился. — сказал Макс. Он сидел, уперев кулак в щёку и с меланхоличным видом прислушивался к нашему обсуждению. — Я ведь правильно понимаю, да? Он у тебя сначала усилился и удлинился, а только потом — погас?

— Ну, вроде того.

Стефания посмотрела на меня.