Русалки. В глубине

Сразу вспомнились многочисленные укоры прабабушки в её адрес насчет использования дара, и стало страшно. Искать кого-то на поверхности, будучи в подводном городе, а тем более Марианском не просто тяжело, практически невозможно. Но как бы силен не был прадед, два портала он вряд ли вытянет без накопителей, а те у него вряд ли с собой. В отличие от моих…

Сунув руку в карман, вытащила мешочек с четырьмя камешками, который последнее время держала при себе постоянно, и протянула предку.

– Накопители.

Благодарно кивнув, мужчина забрал мешочек. Теперь дело было за директрисой. Закусила губу. Да, вероятность, что та справится, всё же существовала, тем более что на тёте Лене явно был её маячок, но это же Марианский! Гораздо логичнее было бы раскидывать Поиск на суше. Но прерывать дочь прадед не стал. И я понимала почему: вполне может статься, что у крестной на счету каждая минута, а Поиск дело непростое, не мгновенное, а планетарный ещё и энергоемкое.

Потянулись тяжелые секунды ожидания.

– Нашла, – выдохнула наконец поисковик и протянула руку к виску хамелеона.

Получив координаты, тот тут же начал выстраивать портал. Но, едва начав открываться, тот почему-то схлопнулся.

– Блок, – мрачно заявил предок. – Попробую где-нибудь в стороне…

– Не надо, – остановила я. – Дайте мне координаты. Если это Охотничий, я смогу перебить.

Директриса хотела было возразить, но прадед успел первым:

– Отсюда тебе при всем желании не открыть, – сказал он совсем не то, что мы обе ожидали. – Сначала надо на поверхность, – и начал выстраивать новый портал.

На сей раз тот открылся без проблем, и спустя шаг и пару секунд мы оказались посреди смутно знакомого холла. Вложив мне в руку один из накопителей, градоправитель прижал ладонь к моему виску и обнял за плечи. То ли на случай, если начну падать, то ли на случай если слишком быстро исчерпаю резерв.

Закрыла глаза и, четко представляя крестную и те координаты, что дала Илина Владимировна, начала выплетать портал. Блок ощутила уже на заключительном этапе. Щедро плеснула мерфитской силой и завершила. Мгновение последнего сопротивления закончилось знакомым ощущением, а перед глазами возникло Ничто. Мы переносились.