Русалки. В глубине

И выдала наиболее безопасное: – Но вы – человек!

– Мой отец – хороший артефактор, – пояснила дочь настоятеля Храма. На мгновение активировав очередной артефакт, вгляделась в синее поле и нахмурилась: – Это нормально, что твое поле белеет?

– Белеет? – уточнила Сара. – Не краснеет?

– Нет. Красного там нет и в помине.

– Значит, они заменили яд этим своим препаратом, – помрачнела хамелеон.

– Я чего-то не понимаю, – помотала головой Валентина. – Почему тебя не радует отсутствие яда? Что за препаратом?

– Длинная история.

– Когда он полностью подействует, ты умрешь?

– Стану человеком, – мрачно отозвалась русалка, прикрыв глаза.

Сэм Октано

Солнце медленно клонилось к закату. Тритон и человеческая девушка добрели до оазиса, благо до того оказалось недалеко (не только повелители воды умели чувствовать воду).

– Надеюсь, дед смог выбраться, – заметил в пустоту Сэм, привалившись к стволу.

– Дед? – переспросила Вероника.

– Мы были там вместе. Нас с тобой прикрыл именно он.

– Они хотели нас сбить, да?

– Похоже на то, – кивнул юноша. – Видимо, тебя все же заметили и, когда я закрыл тебя маскировкой, сделали верные выводы.

– А что это было за заклинание?

– Огненный Ураган.

– А он их…

– Теоретически, если не убил, то серьезно покалечил, – ответил хамелеон.

Сам он детально раз за разом прокручивал момент применения заклинания и что-то ему в эффекте очень не нравилось. С огненной магией у него было не так хорошо, как у деда или даже у Светы Антарио, так что это заклятье он никогда не применял, потому и точных последствий не знал.

– Это выглядело не так как тогда, у Светиных родственников, – заметила вдруг Вероника.

О чем она Сэм понял почти сразу, но вот вспомнить, что именно было иначе, с наскоку не получилось.

– Тогда Света применяла Шквал, а не Ураган, – пояснил отличия во внешних проявлениях тритон. – Это чисто огненное заклятье без примеси стихии воздуха. – И словно невзначай спросил: – Помнишь, как оно выглядело?

– Как огненный ад, – ёмко охарактеризовала Вероника.

– Вот оно! – не удержал восклицания студент. Тогда от жара Светиной магии полопались стекла, и едва не загорелся защищенный от магии паркет, а сейчас машину хоть и развернуло, но не расплавило (хотя часть обшивки и «потекла»), огонь от заклинания плеснул в стороны, так что долетел до щитов самого Сэма.