Предчувствие

После четырех часов сна я ощущаю себя так, словно и вовсе не ложилась. Мышцы, которые после предыдущей тренировки побаливали лишь слегка, теперь горят, делая болезненным даже обычное сидение на стуле. Воспаленные от недосыпа глаза слишком остро реагируют на свет. Однако если не обращать на все это внимание, я была бодра, как порой не бывала даже после восьмичасового сна.

Энергия постепенно снижается за семь не самых простых уроков. Домашка, в которую я вложила столько сил, остается незамеченной на столе учителей.

Я не тяну руку, чтобы лишний раз не привлечь к себе внимание.

После уроков Кира уже ждет меня, держа в руках пакет с формой. Если бы моя спортивная одежда не оказалась в ящичке, можно было бы не ходить на тренировку, но я нахожу сумку с формой на самом дне и молча иду следом за подругой.

Я почти не стараюсь, но мышцы взрываются болью. После одного круга вокруг стадиона бок начинает резко колоть, я практически складываюсь пополам, но не разрешаю себе остановиться, снижая темп. Дыхалка сбивается, воздуха постоянно не хватает, как бы глубоко я не пыталась вдохнуть.

Кира тоже замедляется рядом со мной, давая себе время на отдых. Мы бежим по дорожке стадиона, периодически поглядывая в самый центр, где на поле раздавались крики футболистов. Отмена тренировки для них не повод оставить все так, как есть. На траве слева видны и фигуры черлидерш в коротких оранжевых юбках. Я не вижу в этой пестрой толпе Лейлу, но уверена, что она сейчас там.

Я готова разрыдаться от счастья, когда слышу призывный свисток коуча.

Я сажусь прямо на асфальт, прислоняясь лбом к коленям. Руки и ноги дрожат от напряжения, внутренности разрывает от боли.

— Вставай, не сиди! Еще сильнее болеть все будет! Ну же, Джейсон! — подбадривает тренер, подавая руку. Кира стоит немного в стороне, ее лицо вновь покраснело.

Солнце приятно припекает, а ветер одновременно с этим холодит кожу. Мы медленно приводим себя в порядок и уходим из раздевалки почти самыми последними, вызывая по дороге такси.

— Жесткий денек, — выдыхает Кира, когда мы садимся в заказанную машину.

— Не то слово. Я сейчас умру, — недовольно морщусь и открываю окно.

На месте мы оказываемся уже спустя несколько минут.

— Мы дома! — кричит Кира, снимая кеды, но в ответ мы слышим лишь тишину. — Никого нет? — удивленно смотрит на меня подруга.

— У Сандры сегодня вроде ничего нет, — прохожу на кухню и смотрю в расписание кружков, которое мы составили для себя, чтобы не запутаться. — Точно нет.