Crossroad

Вследствие огромного нервного напряжения в связи с первым выступлением на публике, в памяти осталось минимум воспоминаний об этом событии, и если бы не случайно сделанная кем-то фотография, на которой очень размыто просматривался ритм-гитарист с совершенно идиотской причёской, и шарфиком на шее, и с гитарой, подвешенной «как у Джона Леннона» – почти под подбородком, то остальные моменты ни за что бы ни вспомнились.

В восторге на вечере были все – восьмиклассники от того, что их «по возрасту» теперь допускают на школьные вечера, участники группы из-за всеобщего признания их местными «звёздами».

Романыч просто радовался, что музыканты его состоялись хотя бы для этого уровня. Все остальные в тот вечер были просто отчаянно молоды и счастливы только из-за того, что вокруг полумрак, в углу наряженная ёлка, играет музыка, можно плясать и дурачиться целых полтора часа.

По окончании вечера аппаратуру в класс музыки помогали уносить возникшие на сегодня фанаты. Музыканты устало, но гордо и величественно следовали за ними, иногда покрикивая: «Тихо, тихо, за угол не задень, морда!».

Гитары, правда, несли сами звёзды лично и персонально, равно как и барабанные палочки. Неписаный закон всех музыкантов мира – «Свой личный инструмент никому в руки не давай!», хоть и не был предоставлен юным рокерам к ознакомлению, но исполнялся неукоснительно.

В этот момент, несмотря на не утихающее желание получить в руки по-настоящему хорошие инструменты, участники группы были согласны хоть вечность играть на тех, которые есть, лишь бы это продолжалось всегда.

Весной состоялся пресловутый общегородской смотр-конкурс сопливых мастеров художественной самодеятельности всех школ. В том числе и вокально-инструментальных ансамблей. Судя по внешним габаритам Валерия Романовича, к этому моменту он потерял килограммов десять, не меньше. Участники школьного ансамбля в силу возраста и условий обитания в социалистическом обществе, шириной туловища не блистали, так что по этой характеристике об их внутреннем напряжении судить было бы сложно, но по цвету кругов вокруг глаз – вполне.

Такой жути, и боязни выронить гитару из рук, хотя она висела на ремне на левом плече, Макс не испытывал никогда. Играть на школьном вечере перед гурьбой весёлых одноклассников – это одно, но стоять по стойке смирно, да ещё светлым днём перед сидящим на стульях коллективом взрослых людей, часть которых в массивных очках, а часть с шиньоном на голове, и у всех поджатые губы – это совсем другое.