Станция Озерки

Марк, не слушая Кирилла, сверлил взглядом мужчину, не понимая, что его так в нем напрягло. Вроде ничем не примечательный молодой человек — светлые волосы, очки, обычное телосложение. А потом Роман повернулся к Марку, будто почувствовал, что акудзин его изучает, и Голицын вспомнил, где видел такой же пустой холодный взгляд. Так еще недавно на него смотрел Примаков.

Марк потянулся к сущности и чем дольше он пытался уловить эмоции человека, тем сильнее он удивлялся. Старался этого не показать и сохранить невозмутимость, но внутри у него все горело.

Он отпустил сущность, несколько раз глубоко вдохнул. Возможно, эмоции женщины перебивают всех остальных. От нее мощными волнами исходила паника, такими мощными, что Марку казалось — они заполнили все пространство вокруг.

— У него сердце слабое...

— Водички?..

Марк едва улавливал их разговор. Наконец ему удалось собраться. Он снова потянулся к сущности. Нет, ничего. Он не чуял эмоций Романа, хотя у молодого человека пропал отец, и мать рыдает безостановочно.

Голицын выругался про себя. Не может ему так везти на шизофреников! Второй человек без эмоций за пару недель в одном районе. Да бред же! А вдруг он просто устал и не смог как следует сконцентрироваться?

— Давайте, вы успокоитесь, а мы пока поговорим с Романом Дмитриевичем, — предложил Кирилл женщине.

Та кивнула:

— Да-да, лучше с Ромочкой.

«Ромочка» скривился, что означало недовольство, но Марк опять же не уловил в нем ни одной нити этого недовольства.

— Роман Дмитриевич...

— Просто Роман, — бесцветным голосом попросил мужчина.

— Хорошо, Роман. Расскажите с самого начала, что случилось. Почему вы вызвали милицию? — спросил Кирилл и в упор посмотрел на мужчину.

— Ну отец на рыбалку пошел с утра. Я слышал, как он собирался — посудой гремел.

— Дальше.

— Я потом уже проснулся от того, что дядя Гриша в дверь долбил. Мать вышла, а он говорит, что отец пропал.

— А вы?

— Ну я не понял сначала, куда пропал, зачем пропал, встал, оделся.

Говорил Роман тихо, монотонно, бесцветно. Марку показалось, что перед ним робот, а не человек.

— Дальше, — поторопил Кирилл.

— Ну мы туда пошли, на пруд, а там вещи разбросаны. Мать сразу в слезы и в милицию звонить. Точнее звонил дядя Гриша, мать потребовала.

— А почему вы потребовали? Может супруг ваш просто прогуляться решил? — повернулся Кирилл к женщине.