Станция Озерки

Загляните, — тетка лениво кивнула на дверь рядом с постом.

Кирилл сделал знак Марку и Лене оставаться на месте, а сам зашел в кабинет, но буквально через минуту выглянул и поманил их пальцем.

В тускло освещенном кабинете ничего кроме вместительных книжных шкафов и стола не было. За столом сидел, по-видимому, сам Михалыч — субтильный мужчина средних лет и уплетал бутерброды со шпротами, совершенно не обращая внимания на вошедших.

— Что это с ним? — шёпотом спросила Лена.

— Думает, что здесь никого нет.

Кирилл достал увесистую папку и, положив ее на стол, начал перебирать бумаги. История Егора Шитова вскоре нашлась, и, к удивлению Лены, протокол вскрытия был на месте.

— Но его тут не было! Я же не слепая! — возмущенно воскликнула она, отнимая лист у Кирилла.

— Значит его кто-то вернул на место, — пояснил Марк и, забрав у Лены лист, сфотографировал его на смартфон.

— Ага, — откликнулся Кирилл и положил перед Марком еще две папки. — Оказывается, я тоже умею копаться в бумагах.

— Ха-ха, — скривился Марк.

Протоколы вскрытия еще по двум пропавшим тоже были на месте. Марк сделал снимки, и они поспешили покинуть больницу. Только выйдя на улицу и найдя отдаленную лавочку, Марк зачитал протоколы.

— В общем, я не вижу ничего странного. Обычные утопленники, — озадаченно проговорил Марк, закончив читать последний протокол.

— Их могли изменить, — уверенно заявила Лена.

— Могли, так что идем в отдел и посмотрим, что там у них, — предложил Кирилл.

— Не было там протоколов, мы же смотрели, — отмахнулся Марк.

— Тогда не было, — Кирилл встал и бодро зашагал в сторону отдела.

Марк закатил глаза.

— Тоже мне, Пуаро недоделанный, — проворчал он.

— А, по-моему, он хороший... хм, специалист, — смущенно проговорила Лена.

— Ищейка.

— Почему Ищейка?

— Потому что я так его назвал, — пожал плечами Марк.

— И что? — удивилась Кузнецова.

— А то, что имею мнение хрен оспоришь, — оскалился Марк, и девушка, фыркнув в его сторону, поспешила догнать Кирилла.

***

В этот раз в отделении было шумно. Толпа чем-то возмущенных граждан штурмовала проходную, а несколько мужчин и женщин в форме пытались их угомонить.

Акудзины удивленно взирали на эту картину, но сколько бы не силились, так и не смогли понять, что происходит.