Станция Озерки

— Примаков не тот, кто нам нужен, он мог не использовать сущность и начать стареть как человек. Но он явно знает второго.

Ворон вытащил фото из рамки и усмехнулся:

— Ты уверен в том, что говоришь?

— Спроси у Ищейки. Спорю, он думает так же, — с вызовом ответил Марк.

— Ладно. Смотри не лопни от чувства собственной важности, — широко улыбнулся Ворон. — Я пойду моих человечков на уши поставлю. А ты поройся тут, вдруг найдешь какую зацепку, которая поможет нам понять, где искать Примакова. Но надеюсь, маньячела — это Роман Семенов, и Ищейка его раскрутит на признание.

Иван помахал Марку рукой, будто прощался надолго. Выражение лица у него в этот момент было донельзя хитрое и наглое. Голицын, хоть и считал себя воспитанным акудзином, не удержался и показал тому средний палец.

***

— Явился наконец-то! — воскликнул Константинов, когда Марк появился в столовой Седьмого отдела.

Кроме начальства и друзей тут были еще и те сотрудники, которых посвятили в это дело. Все, кроме Богданова.

— А что орать-то сразу? — возмутился Марк, которого манера Константинова орать по поводу и без, уже начинала подбешивать.

— Я не ору. Я так разговариваю, — оскалился Константинов, но тон сбавил. — Ворон, договаривай.

— Так я уже все сказал, — удивленно ответил тот. — Людишкам сказал, что поубиваю, если упустят сволочь. Поехали по его коллегам, знакомым, на транспорте расставил дежурных. Все тип-топ короче. Только я не понял, зачем это надо, если он пятерка и может прыгнуть куда угодно.

— Калинин, изложи свои гениальные мысли, — приказал Константинов.

— Я думаю, что он не использует сущность. Это видно по фото, — ответил Кирилл.

Марк не удержался от ехидной улыбки в сторону Ивана. Тот к нему даже головы не повернул, просто согнул руку в локте и вернул другу его же жест.

— Вы чего тут мне детский сад устраиваете? — задохнулся от возмущения Константинов, глядя на Марка и Ивана. — А ну-ка прекратить! Калинин, продолжай. С чего такие выводы?

— Ему пятьдесят.

— Нужно, а зачем ты этого блондина сюда притащил? — нахмурился Константинов.

— Проверить его надо. Если один так умело скрыл от нас сущность, то и другой может. Никто его не чувствует.