Станция Озерки

— Устает он! Я тоже устаю от жалоб наших соседей. Лидия опять приходила, говорит, вы молодежь стращаете.

— Лидка, потаскуха, нагуляла невесть от кого, воспитанием не занимается, а я значит виноватая?

— Товарищ майор, может вы объясните гражданке, в чем она не права? — Иван повернулся к Марку, который зашел поболтать перед тем, как снова отправиться на свой наблюдательный пункт на заброшенной пожарной каланче.

— А вы, капитан, им предъявите распространение наркотиков и отправьте в места не столь отдаленные, если по-русски не понимают, — флегматично отозвался Марк.

— Не надо! — воскликнула женщина и вскочила со стула. — Исправимся, товарищ майор, сегодня же все перекопаем!

Марк ничего не ответил. Кивнул на дверь, и Зинаида Никитична поспешила скрыться, пока «майор» не передумал.

— Не район, а сборище дегенератов, — простонал Ворон и уронил голову на стол.

Марк, потягивая кофе, уселся напротив.

— Да ладно тебе, не все так плохо. Ты же сам говорил при нашей первой встрече, что она знахарка, так может конопля для каких-нибудь лечебных целей ей нужна, вот и сопротивляется.

— У нас не Нидерланды, где каннабисом насморк лечат, — Ворон поднял голову и положил кулак под щеку. — А ты чего приперся? Работать мне мешаешь.

— Да ну! Смотри не перетрудись. Мне одному торчать на станции скучно, вот и решил поболтать.

— Ну давай поболтаем, — легко согласился Иван. — Кому понадобилось двенадцать газонокосилок в Озерках?

— Тому, кто много косит? — улыбнувшись предположил Марк.

— Не смешно, — скривился Иван.

— Барыгам на перепродажу, — выдвинул другую версию Марк.

— Да всех барыг уже за рога взяли. Эти людишки вообще работать не хотят.

— Так заставь. Акудзин ты или где? — усмехнулся Марк. — Ну или внуши начальству передать это дело кому-нибудь из твоих людских коллег.

— Меня мама учила не злоупотреблять своими возможностями, — сдержанно проговорил Иван.

— Ага, меня тоже. Но еще учила, что в некоторых обстоятельствах надо ими пользоваться по максимуму.

— Я ими пользуюсь в другом деле, — угрюмо отвечал Иван.

— То есть столько лет молчали, а тут вдруг начали орать? — недоверчиво сощурился Марк.

— Так раньше пропадали маргиналы, а сейчас... Сафонова в прошлом году, Семенов в этом... Короче, я не знаю, что делать. Волна пошла, и мы не в силах ее остановить.

— А Константинов, что думает?

Ворон махнул рукой и скривился:

— Он не думает. Он орет. Думать — наша работа.