Целитель 6

В школе дела обстояли не лучше. Спортивный зал вчера был не полностью занят — сегодня его забили впритык. Как и учебные комнаты и даже коридоры. Число заражённых перевалило за отметку в пять сотен. Это только те, кто у нас. Из слухов я узнал, что городовым поставили задачу обходить квартиры и осматривать людей на предмет признаков заражения. Заодно извещая о порядке действий, если признаки появятся. Стоит ли удивляться, что городовые много кого находили, кто в лечебницу и не собирался? Сколько-то сотен сейчас находится в других больницах.

Сколько людей не обратились за помощью — неизвестно. Что будет завтра и через пару дней — страшно представить.

Если бы не прошёл войну, меня бы наверняка осознание надвигающегося коллапса накрыло, но я далеко не в первый раз сталкиваюсь с ситуацией, когда сил нет, а на глазах умирают десятки людей.

Моё личное вмешательство утратило смысл. Это вчера я смог помочь переломить ситуацию, обеспечить передышку. А сегодня артефакты приносили куда больше пользы.

Поэтому Аристарх Павлович сказал мне идти домой и заняться производством. Требовалась хотя бы сотня светильников в ближайшую пару дней. Это тоже не спасёт ситуацию, но хотя бы сократит число жертв.

Собственно, с этой целью, предварительно отвознившись и выждав час, я и отправился домой. Было где-то в районе четырёх часов то ли дня, то ли вечера. Небо заволокли свинцовые тучи, поэтому не сказать, что светло было. Вполне себе вечерние сумерки. Ещё лужи эти, общая серость. Погода будто задалась целью обеспечить должные декорации.

Пешком меня никто не отправил. Вызвали наряд городовых, чтобы довезли.

Когда они свернули не туда — я ничуть не удивился. Ну вот ни капельки. Только повод не угадал.

— С тобой хочет поговорить один уважаемый человек, — обернулся ко мне мужчина с переднего сиденья.

— Ясненько, — протянул я, когда машина притормозила.

Там, впереди, тоже машина стояла. Дорогая, явно не простому человеку принадлежащая. Что-то мне это напоминает.

Нежить я тоже ощущал, но не в машине.

Сразу три сгустка напряжения ощущалось на крышах. Они проследовали за нами, а значит, точно по мою душу.

— Знаете, господа, — сказал я, уже открыв дверь, чтобы выбраться наружу. — Я понимаю ваше желание заработать, но такие игры могут стоить мне жизни. Или какому-то другому целителю, которого вы на убой отвезёте. И вот это уже будет стоить жизни сотням, а то и тысячам людей. Совесть-то вас за такое мучить не будет?

— Эй, парень.