Новогодние приключения профессионального попаданца

- Скажи, куда идти-то?

- Куда душа пожелает! – отмахнулся Леший и, зажав рупь в кулаке, загадал: - Коль орлом ляжет – из Водяного рода жену возьму, ежели решкой – оборотницу. А вдруг на ребро встанет – на человеческой девке жениться придется. Они-то, конечно, живут маловато, зато сла-а-адкие…

И подбросил монету вверх.

Рупь полетел, закрутился в воздухе волчком, на миг застыл перед падением… И исчез.

Леший оторопел:

– Рублик, хороший мой, ты куда..?

И в этот момент над чащей раздался женский смех: звонкий, безудержный, торжествующий.

Лес отозвался глухим стоном, словно предчувствием беды.

- Яга! – взвыл Лесной царь. – Стерва, курва, лярва - неразменный рупь подсунула!! Ох, она у меня попляшет!!!

Леший заскрежетал зубами, затопал ногами, ударил себя кулаком в грудь. Лес заскрипел, забормотал, заплакал на разные голоса. Откуда ни возьмись, налетел буран – задул костер, закружил вихрем снег, зарычал, словно голодный зверь.

- Что, Яга, – нравится?! Погоди, енто присказка токмо! Сказка впереди!!

- Бежим! – принял Сева единственно верное решение.

Бежали, мчались, неслись – продираясь сквозь еловые заросли, спотыкаясь о коряги, навстречу лепящему в лицо снегу. Не куда глаза глядят – куда ноги вынесут!

Только ветер свистел в ушах, и вековые ели качались со зловещим треском – казалось, вот-вот сломаются.

Хорошо, к вечеру ударил морозец, и снежная корка подмерзла, превратившись почти в асфальт. А то бы не выбрались – завязли навеки в сугробах.

Наконец путники забежали за небольшую скалу и без сил рухнули на снег. Здесь было потише. Буря рвала и метала вдалеке, а сюда не добиралась. Суровая возвышенность надежно защищала растущие за ней неизменные елочки и молодую березовую рощицу. Ветви лишь слегка подрагивали, будто волнуясь за своих собратьев в лесу.

- Получается, Яга с Лешим фальшивыми деньгами расплатилась? – отдышавшись, тявкнул Пристав. – Противозаконно это!

Он потянул зубами волочащийся за ним черно-белый шарф, а потом прокатился по снегу - да так ловко, что шарф оказался пижонски обернутым вокруг его шеи.

- Нет, - улыбнулся Сева, вытряхивая из шапки снег. – Знаю эту сказку – бабушка читала. Неразменный рубль не фальшивый, а волшебный: сколько раз им не расплатишься, а он снова у тебя в кошельке оказывается.

- Мне бы премию такую, - завистливо вздохнул Пристав. - Трать-трать, а она на месте.

И погрустнел – даже уши опустились.