Турагентство "Коту под хвост"

Рассказчик выдержал небольшую паузу и в настоявшейся тишине произнёс снова:

— Пел...н-ь.

Но никто так и не понял.

Тогда Ракутан подошёл к парню. Они о чём-то посовещались и Изумарит шепнул Ракутану на ухо. Затем основатель выпрямился и уверенно произнёс:

— Наш новый друг Изумарит обращается в пельмень!

Все онемели. И только едва уловимым шёпотом кто-то сказал:

— Сочувствую тебе.

— Да, — продолжил поникший Изумарит. — Я обожаю готовить, но именно из-за этого мне нельзя работать на кухне. Звуки кипящего масла, булькающих супов и шипящего пара действуют на меня гипнотически.

Внутри всё замирает. Меня захлёстывает неконтролируемыми эмоциями и пробуждается какая-то дикая сила. Потом всё едет перед глазами... и вот я уже пельмень.

Тут Изумарита закоротило так, что он не мог проморгаться целую минуту.

— Дела...

— Это же круто, братан!

— Сочувствую тебе.

— Мы любим тебя.

— Мы уважаем пельмени!

— И картошку!

— Спасибо, — Изумарит немного приободрился. — Но каждый раз, как я в него превращаюсь, попадаю в опасность.

Последний раз меня чуть не сварили. А однажды один повар и вовсе откусил от меня кусочек.

— Мы с тобой из одного теста, брат!

— Не волнуйся, наши вкусы никогда не разойдутся.

— Мы любим тебя не за то, что снаружи, а за то, что внутри.

— Сочувствую тебе.

— Спасибо, ребята, спасибо, — Изумарит впервые за сеанс улыбнулся.

— Это был наш горячий друг, — сказал Ракутан, — человек-пельмень, Изумарит.

В поддержку словам организатора вновь последовали аплодисменты.

— Теперь поприветствуем другого нашего гостя — Нааколь.

Гость так же был встречен рукоплесканиями.

— Спасибо-с, друзья! — Нааколь так же хлопал. Даже когда все закончили, он всё ещё продолжал.

— Нааколь, — Ракутан жестом показал, что достаточно, — расскажи нам о себе.

— Мой рассказ берёт своё начало-с в глубоком детстве. Когда я впервые ощутил свою связь с водой. Уже тогда я понял, что когда время придёт, я обращусь кем-то особенным. Я думал, что стану каким-нибудь повелителем стихии.

Естественно-с, подростку тяжело-с удержать такие волнения, и я рассказал об этом всем своим сверстникам. Меня осмеяли. А после и вовсе намылили шею. Тогда я пообещал, что когда придёт время, шеи им уже намылю я. И слово-с своё я сдержал.

— Сочувствую им.

— Ты и вправду обратился повелителем стихии? — спросил остроносый парень с раскосым взглядом.

— Почти. Я обратился... Мылом.

— Мылом? — переспросил Ракутан.

— Именно-с, мылом.

— Сочувствую тебе.