Люмен. Город туманов

Большие ореховые глаза внимательно смотрели на Лин, на полных губах блуждала тихая улыбка. Она вошла внутрь, держа в руках поднос с едой. Ароматныё запахи вмиг разнеслись по комнате, и желудок Лин протяжно заурчал, напоминая о том, что она со вчерашнего дня ничего не ела. Взгляд ореховых глаз метнулся к нетронутому завтраку, и девушка недовольно поджала губы. Она поменяла подносы местами.

-Мисс Кейтлин, вам следует поесть, - проговорила девушка, подходя к шкафу. Одной рукой она отворила его массивные створки.

-Где я? И где Дерби? Почему он запер меня здесь? Что происходит? – вглядываясь в лицо девушки, сыпала вопросами Лин, но та лишь внимательно смотрела на неё, не произнося ни слова.

Так не ответив ни на один из вопросов, она вышла из комнаты, а Лин услышала, как тихо щёлкнул замок, когда её снова заперли.

Бросив взгляд на поднос с едой, Лин решила, что силы ей ещё пригодятся, и принялась запихивать в рот всё то, что лежало на тарелках, практически не ощущая вкуса.

Безумный сдавленный вопль отчаяния сорвался с её губ, как только она увидела, что было внутри. На вешалке висело длинное платье пурпурного цвета. Как в одном из тех жутких кошмаров, что преследовали её по ночам. Резко дёрнувшись, она толкнула дверцы шкафа, скрывая платье от своих глаз.

Она не станет переодеваться! Ни за что!

Спустя некоторое время двери её комнаты снова отворились, и на этот раз на пороге появился Дерби.

-Что всё это значит, мастер Дерби? – сразу выпалила Лин, а Дерби лишь улыбнулся ей. - Почему вы меня заперли?

-Я знал, что ты истолкуешь всё неверно, Лин, но не спеши делать выводы, - сказал он, оглядев её с ног до головы. Тень недовольства промелькнула на его сморщенном лице.

-Я не стану надевать это! – она кивнула на шкаф.

-Тогда я буду вынужден позвать сюда Терезу и Марику, и они помогут тебе, - огорчённо вздохнув, сказал Дерби. В его глазах застыла сталь, и Лин поняла, что у неё нет выбора. Они насильно наденут на неё это платье, хочет она того или нет. Сглотнув подступивший к горлу комок, она кивнула.

Как только он вышел, Лин, превозмогая отвращение и страх, принялась переодеваться.