Ведьма

Мне под ноги упала и развалилась стопка чистых отглаженных полотенец. Ещё немного покопавшись, Ирина достала белый пакет, в который были завёрнуты деньги.

– Ну что уставилась! На-на, бери! – вдруг взвилась хозяйка квартиры, и принялась совать мне в руки свёрток. Я не шелохнулась, и свёрток плюхнулся в кучу полотенец, – но только я их не воровала, ясно!

– Как же они у вас оказались?

– Виталька мне их сам отдал.

– Зачем?

Ирина пошло и многозначительно улыбнулась:

– А у нас с ним любовь. Ленке они ни к чему, а мы с ним поживём красиво, в отпуск съездим.

– Ясно. Берите пакет и идите за мной.

– Куда? – насторожилась Ирина.

– Следователю всё расскажете. Раз он вам сам отдал, значит и ограбления не было.

– И что ему будет? – Ирина семенила следом за мной к двери.

– Ничего, штраф за ложный вызов заплатит и всё.

– Понятно, а это…– Ирина замялась, – с зайцем-то как, а?

Я посмотрела в её заискивающие глаза.

– Не было никакого зайца. Но если узнаю, что снова взялись за «хобби», доложу, – холодно произнесла я и толкнула входную дверь.

– Вот спасибо, не буду, честное слово не буду, – заверила меня женщина, и я от все души пожелала, чтобы у неё хватило ума сдержать обещание.

– Что это? – Пашков перевёл изумленный взгляд с бухнувшегося перед ним на стол пакета на Ирину.

– Деньги. Двести пятьдесят тысяч! – ответила Ирина, к которой уже вернулись самоуверенность и язвительность.

– Нашлись! – радостно всплеснула руками Лена и принялась шуршать пакетом, проверяя, всё ли на месте, но вдруг замерла.

– А ты у мужа своего спроси «откуда», – усмехнулась Ирина. Хозяйка квартиры глянула на мужа, тот испуганно попятился назад. Сигарета у него в зубах нервно пыхнула:

– Леночка, я тебе всё объясню, – заискивающе пробормотал он. Лицо Леночки пошло красными пятнами. Она тяжело дыхала и вдруг кинулась вперёд, вцепившись одной рукой в волосы заверещавшей Ирины, а второй стараясь дотянуться до своего неблаговерного. Но Ирина была бы не Ириной, если бы не вцепилась в волосы своей обидчицы в ответ.

Я поспешила убраться с кухни, а за моей спиной слышались женский крики, удары, звон полетевшей на пол посуды и над всем этим громогласный оклик Пашкова: «Успокоились! Живо!»

– Что там? – выглянул из комнаты Дорохов.

Саша втолкнула его обратно в комнату и вошла следом, прикрывая за собой дверь. Звуки ссоры стали тише.

– Война Белой и Красной Розы за Испанское наследство, – пояснила я.

– Масштабно, – протянул Дорохов.