Ведьма

Виктор Осипович долго проходил реабилитацию. С прежней конторы уволился, основал своё юридическое бюро. Стал известным в профессиональных кругах человеком. И всё вроде бы хорошо. Успех, дочка – красавица и умница, но то внешне, а в душе засевшее, точно заноза, чувство вины. И что тут поделаешь? Разве отварами да заклятиями вылечишь?

– Это что – петух? – удивленно воскликнула бабушка.

– Ба, это вещь док!

Я выглянула в прихожую. Склонившись, Ба с интересом разглядывала петуха. С противоположной стороны клетки, скопировав позу бабушки, с неменьшим интересом его разглядывала Зайка.

И с таким видом, будто в первый раз видит.

– Можешь подержать его немного у себя? – заискивающе спросила я.

– Скажешь тоже, – хмыкнула Ба, – и что мне с ним делать?

– В сарае посели или к соседям на постой определи, они же тебе не откажут. Только суп не вари – вещь док всё-таки, да и Зайка к нему привязалась.

В подтверждение моих слов кикимора вытащила упирающегося и явно не разделявшего столь страстного проявления любви петуха, чмокнула его в макушку и, крепко прижав к груди, убежала в гостиную.

– Оставишь?

– Ну если только ради Зайки, – согласилась бабуля.

– Она оценит, – уверила я, а после сделала жалостливое лицо. – Ба, а я голодная.

– Ладно, пойдём на кухню. Покормлю тебя, хоть ты и не заслужила.

– Спасибо, бабулечка, – бросилась я её обнимать.

– Ладно подлизываться. Ты, кстати, надолго ко мне?

– Я с ночёвкой, если не выгонишь.

– Выгонишь тебя, как же.

***

– Пра! – кричу я, но из моего рта не вырывается ни звука.

Вокруг всё в дыму. Я знаю, что нужно бежать. Мне страшно. Я переставляю ноги, но те будто связали. Рядом раздаётся тяжёлое хриплое дыхание. Чудовище совсем близко. А потом из дыма появляется огромная лапа и хватает меня, и отрывает от земли, точно куклу.

– Пра, – кричу я, ища защиты и помощи. И кто-то трогает меня за ногу. Опускаю глаза – прабабушка. Но она больше не похожа на себя: на лице вздулись вены, а глаза – чёрные омуты, так что и зрачков не различить.

Та, что стоит передо мной больше не Пра. Существо в теле Пра злобно усмехается, а после впивается зубами мне в ногу.

Я резко проснулась от сведшей ногу судороги. Принялась растирать икры, баюкая боль. Та медленно отступает, но не уходит совсем, прячась внутри костей щиколотки, и тянет, и крутит. Я немного поворочалась, пытаясь удобней устроить ногу. Но лучше не стало. Поняв, что уже не усну, я встала, прихватив телефон.