Ведьма

Я в ужасе увидела, как моя неприятельница открывает рот и вцепляется зубами в щиколотку. Я закричала от боли и принялась что есть силы бить её левой ногой. Мой ботинок опускался на голову и плечи моей противницы. Зайка, наконец определившись, что я ей тоже вроде как небезразлична, отпустила петуха и накинулась на упыриху, вцепившись в её руку маленькими острыми зубками. Но та, казалось, не чувствовала боли, и зубы на моей ноге сжимались всё сильнее. Ткань на брючине промокла от крови. От боли в глазах запрыгали чёрные точки.

Но тут ручища Клима сгребла волосы упырихи в кулак.

– Фу, плюнь! – приказал он, оттаскивая её от меня и несколько раз ударяя открытой ладонью ей по губам, – нельзя кусать, плохо.

Перехватив её поперёк тела, он потащил визжащую и упирающуюся упыриху в сторону.

– Куда её? – спросил он у стоявшей в сторонке Бану. Та кивнула головой в сторону.

Тяжело дыша, я поднялась на ноги и прихрамывая поковыляла туда, куда ушёл Клим и Бану.

– Вот же неугомонная. Давай уже быстрее. Молви, – пропыхтел он Роману. Тот простёр руку вперёд и ровным спокойным голосом произнёс:

– Жизнь разочлась со мной; она не в силах

Мне то отдать, что у меня взяла

И что земля в глухих своих могилах

Безжалостно навеки погребла[1]

Едва он замолчал, как гроб скрылся под землёй и на его месте снова была белая равнина с едва заметным холмиком.

– Всё, больше шататься не будет, – удовлетворённо выдохнул Клим.

Рядом со мной раздалось тихое квохтанье. Я глянула вниз – Зайка в обнимку с петухом.

– Ну да, Петуха-то ты спасла, – устало выдохнула я.

Зайка кивнула.

– Саша, где вы ранены? – неожиданно спросил Роман.

– А? Н-нога.

– Идти сможете?

– Да, – я попыталась подойти к нему, но ногу прострелила боль. Ойкнув, я снова привалилась к стволу берёзы.

– Понятно. Клим, помоги.

– Сделаем, – встав около меня он похлопал себя по плечу, – обопрись-ка.

Как только я положила руку ему на плечо, он подхватил меня за талию, приподнял так, что мои ноги болтались в воздухе, и понёс, будто я и не весила ничего.

Печка в машине работала на полную мощность, а меня трясло точно в самый лютый мороз. Что называется, зуб на зуб не попадал, и нога ныла всё сильнее.

– Я же просил, не сходить с тропы. Межа – нейтральная территория, на неё никто не выйдет.