Ведьма

– А браслет? Она вам его дала?

– Нет, – Света спрятала руки под стол, – я уже сказала, что сама купила его.

­– Когда?

– Несколько месяцев назад.

– Где?

– В лотке у метро.

– Какая станция?

– Я не знаю, не помню.

– Странно.

– Что странно?

– Странно, что не помните. Он же вам нравится. Вы часто его носите, вон и нитки обтрепались. Если бы мне нравилась какая-нибудь, я бы точно запомнила, где купить такую же.

– Это просто браслет.

Я посмотрела на Свету, на упрямо поджатые губы: делай что хочешь, но я больше ничего не скажу.

– Ладно, – выдохнула я и попыталась зайти с другой стороны. На стол лёг кругляшок оберега. Я специально пододвинула его ближе к Свете, чтобы она разглядела что на нём. – Хотите расскажу, как он у меня оказался?

Света молчала, но и не уходила, ждала, что я скажу.

– Вчера утром на вокзале ко мне подошла цыганка и протянула конверт. Она сказала, что несколько недель назад Чара попросила передать его мне. Чара не назвала имени, но очень подробно описала меня цыганке, так что та сразу узнала.

Я не знаю, как такое возможно, ведь мы с Чарой никогда не встречались. А в конверте лежал вот этот оберег. Он точно такой же как тот, что у вас на руке.

– И вы ей поверили? Цыганке? – Света смотрела на сложенные под столом руки и нервно отдирала заусенцы у ногтей.

– Да, – Света подняла на меня глаза, – потому что почувствовала, что Чара просит меня о помощи. Вот только понять не могу, что мне нужно сделать. Поэтому и спрашиваю, что вас связывает с Чарой?

Света опустила глаза и снова принялась разглядывать свои руки.

– Мы познакомились шесть лет назад, – тихим голосом начала она. – Я тогда сильно поругалась с мамой из-за моего нового ухажёра, – Света усмехнулась, – даже имени его не помню, а тогда из дома уходила, учёбу чуть не бросила. Вот мать меня и прокляла. Не со зла, в сердцах просто бросила, чтоб котилась к лешему. Ну я схватила куртку и выбежала из дома. В подъезде-то всё как обычно было, а может я просто не заметила.

А как на улице оказалась, так и остолбенела. Асфальт весь в выбоинах и трещинах, через которые не трава, деревья пробиваются. Огляделась, вокруг всё чужое, страшное. Слышу скрип, высокий почти что свист. Смолкает, потом нарастает, нарастает и снова обрывается. И так по кругу. Смотрю, а на детской площадке на карусели ребёнок катается. Думала, он в шубке, присмотрелась, а это шерсть и только тонкие ручки и ножки голенькие белые торчат.